Дион довольно улыбнулся, и принялся развивать тему.
Герцог смотрел на собеседника и молчал.
Да, безусловно. Павлин на троне, очень удобная и полезная зверушка. Но сколько ж с ним будет хлопот?
Власть - тот аргумент, который перевешивает все остальное.
Это было, как во сне. Дурном и страшном сне, когда хочешь проснуться - и не можешь. Алаис вновь находится в большом зале со стенами из темного необработанного камня.
Истинный, не та подделка, что наверху.
На этот раз она не видит лиц людей, которые стоят по углам пентаграммы. Видит цвета одежд, слышит слова коронационных клятв.
- Клянусь кровью моря вечно служить моей земле и моему народу.
- Клянусь ставить их интересы выше собственных. Клянусь оберегать и защищать, пока стучит мое сердце...
- Свидетельствуем...
Но в этот раз перед алтарем стоит Арисан Дион.
Герцоги произносят свои слова, он произносит свои... лезвие черного цвета не блестит, оно словно поглощает свет...
Кровь Диона хлещет на алтарь - и тот открывается. Дион с криком падает вниз, но алтарь не закрывается.
И что-то жуткое начинает подниматься из глубин. Страшное, непредставимое....
Алаис понимает, что сейчас придет их смерть. От этого не спастись, не убежать, и Замок над Морем будет разрушен...
Голос Маритани звучит рядом, четко-четко...
- Те, кто признал кровь предателя, неугодны миру. Те, кто предал свою кровь, не должны жить.
Алаис кричит... и просыпается.
Рядом с дикими глазами вскидывается Луис. В дверь стучат.
Алаис смотрит на мужа.
- Я предупрежу Атрея.
- Поговорю с Карстом.
- Если я не смогу, то и Атрея предупреди. Внимание я отвлеку на себя, обещаю...
Луис медленно кивает. И принимается одеваться. Ему - быстрее, а потом еще надо помочь жене.
Это большой зал. Громадный. Стены его из необработанного темного камня, они так велики, что факелы не рассеивают темноту. Они только подчеркивают ее. И тени мечутся по стенкам, оскалив пасти и протягивая ледяные пальцы к людям, которые входят в зал.
Пятеро человек в одежде разных цветов.
Алый с черным. Алаис Карнавон в пышном платье, в котором даже непонятно, как можно двинуться, вошла в дверь, и стоит, смотрит на окружающих.
Серебристо-серый с зеленым - ее супруг. По дороге в коронационный зал Алаис то и дело спотыкалась, натыкалась на стены, шумела, капризничала...
Луис успел предупредить и Карста и Атрея, но прислушается ли кто-нибудь?
Карст в голубом с золотом, задумчив, Атрей, в желто-коричневом, собрался, словно перед прыжком.
