Автор
В мире, где технология и человеческие взаимности встречаются в схватке за контроль над миром, С. А. и Х. представляют шахматную игру века. Опасные шахи и маты ожидаемых решений — все это в третий раз, когда ты хочешь отключить телефон после того, как он вылетает из руки прямо на стакан....
Так понятнее?
Не отвечаю, и Нолан добавляет:
– Ты знала, что есть тип лобно-височной деменции, который передается по наследству?
Открываю рот и тут же закрываю. У меня такое чувство, что всему виной не только высокая температура, так что мне надо быть осторожной.
Нолану Сойеру нужна поддержка. Звучит странно, но все же.
– Боишься, что это случится с тобой?
Из Нолана вырывается невеселый смешок.
– Знаешь, что забавно? Раньше я боялся до усрачки, но теперь уверен, что меня это не коснется. Потому что как только я эмансипировался, то сразу сделал генетический тест.
– Звучит… глупо.
– Ну да. Глупые люди обычно говорят глупые вещи.
Нолан больше не смотрит мне в глаза, а прожигает взглядом пустую кружку.
Я так делаю, когда расстроена Истон. И Дарси. И Сабрина, если она мне позволяет. Придвигаюсь ближе, чем обычно. Дышу одним воздухом. Позволяю нашим запахам смешаться в один. Я делаю это для своих сестер и подруги, а теперь для этого глупого чемпиона-переростка, которого пытаюсь поставить на ноги.
Мы оба очень странные.
– Эта квартира, которую он тебе оставил… слишком большая для одного человека, – бормочу я.
– Хочешь ко мне переехать? – его тон становится таким же искренним, как и мой.
– Конечно. Я продам свою поджелудочную железу. Думаю, на первые три месяца аренды хватит.
– Тебе не нужно ничего платить. Просто выбери комнату.
– И ты будешь принимать плату в виде компании? Я буду спасать тебя от ужина в одиночестве за этим пятнадцатиметровым столом, освещенным канделябрами, в стиле Брюса Уэйна?
– Обычно я ужинаю вон за той шахматной доской.
"– Удивлена, что ты вообще ужинаешь. Думала, питаешься исключительно слезами своих врагов.
Нолан улыбается и… боже.
Он оскорбительно, уникально, убийственно красив.
Я делаю шаг назад, беру свою сумочку, выбрасываю упаковку из-под сникерса.
– Остатки супа – в холодильнике. Через пять часов снова прими жаропонижающее. И попроси кого-нибудь прийти.
