Автор
В мире, где технология и человеческие взаимности встречаются в схватке за контроль над миром, С. А. и Х. представляют шахматную игру века. Опасные шахи и маты ожидаемых решений — все это в третий раз, когда ты хочешь отключить телефон после того, как он вылетает из руки прямо на стакан....
– Мы с Эмилем технически тоже не вместе, потому что… ну. Не то чтобы он меня заслуживает, но отношения на расстоянии – отстой. Нолан же просто без ума от тебя.
– Все… – Я мотаю головой. – Все сложно.
Она смеется, и в этом смехе одновременно кроются смущение и восхищение.
– Что ж, я не в курсе, что между вами происходит, но я ни с кем не видела его таким спокойным и счастливым, как с тобой.
Я открываю рот, чтобы ответить, но внезапно появившийся Эмиль опережает меня:
– Эй, ребята, не хотите сыграть два на два? Нас четверо, так что отлично делимся на две команды.
Я быстро прикидываю возможные расстановки. Я буду или против Нолана, или…
– Чур я с Мэллори! – кричит он из кухни.
Тану многозначительно выгибает брови, и я закрываю глаза. Несколько секунд спустя, когда Нолан возвращается с кухни, они все еще закрыты. Вместо того чтобы сесть на свободное место, он как ни в чем не бывало садится между мной и спинкой моего стула.
Я едва могу дышать. Нолан большой и всегда занимает много места, поэтому так не пойдет.
Хотя здесь, почти у него на коленях, со мной все будет в порядке. Одной рукой он расставляет черные фигуры, другая покоится у меня на животе. Его движения такие же, как прошлой ночью, – уверенные, успокаивающие. Мне нравятся его прикосновения. А еще больше запах его кожи. Брови Тану взлетают, и Эмиль ходит пешкой на d4, словно не заметив, что я сижу между бедер его лучшего друга.
– Хочешь пойти первой? – шепчет Нолан, губами касаясь моего уха.
Меня пробирает дрожь.
Конь на f6.
И только когда Нолан издает стон и зубами вгрызается в мочку моего уха, я вспоминаю, как он ненавидит защиту Грюнфельда.
Из пяти партий мы с Ноланом выигрываем четыре, и это моя вина. Оставленная без защиты королева.
– Вот это… ход, – говорит Тану, передвигая коня, и Нолан хрипит позади меня, а затем прячет лицо в изгибе моей шеи, как будто больше не в силах смотреть на то, что я тут устроила.
Я хочу зашипеть на него и сказать, что если бы он так не прижимался ко мне и не трогал мой живот, то, возможно, мой мозг не превратился бы в кашу. Но своим дыханием он щекочет мне затылок, и, пока все тщательно обдумывают свой следующий ход, в тишине комнаты я чувствую биение его сердца и наслаждаюсь теплом его кожи.
Я никогда и ни с кем не была так близка без секса.
