Автор
В мире, где технология и человеческие взаимности встречаются в схватке за контроль над миром, С. А. и Х. представляют шахматную игру века. Опасные шахи и маты ожидаемых решений — все это в третий раз, когда ты хочешь отключить телефон после того, как он вылетает из руки прямо на стакан....
За два шага он оказывается рядом, и по какой-то необъяснимой причине меня трясет. Внутри землетрясение небольшой магнитуды, будто кто-то опрокинул на доске два десятка королей. Нолан вновь обхватывает мое лицо ладонями.
– Я здесь, Мэллори. Ничего плохого не случится. Позволь себе хотеть этого, потому что это у тебя уже есть. У тебя есть я.
О боже. Боже, боже, боже. Я начинаю дрожать еще сильнее.
– Я… Мы… Мы будем трахаться?
Я специально пытаюсь смутить его этим словом, но он по-прежнему невозмутим.
– Нет.
Мы ложимся на кровать, и каким-то чудом в этом нет ничего неловкого. На мне легинсы, хлопковая футболка и никаких украшений, так что вполне удобно. Не потому, что моя голова покоится у Нолана на груди, а его ноги переплетены с моими и я чувствую его ровное сердцебиение, похожее на мерное тиканье часов.
– Я не успела умыться, – говорю я. Меня все еще потряхивает, хотя и не так сильно. Я буквально сама не своя.
– Ничего страшного. В девятнадцатом году в Коимбре победил Антонов.
У меня вылетает нервный смешок.
– Я… Не думаю, что смогу уснуть.
– Хочешь, расскажу тебе сказку на ночь? – Рука Нолана мягко проходится по моим волосам на затылке. – Она называется «Полгар против Ананда, 1999 год» и начинается с е4–с5.
Я издаю стон. Но затем с улыбкой спрашиваю:
– И что потом?
– Конь на f3. d6. d4.
– М-м-м.
– Ага.
– И что потом?
– Сначала черная пешка съедает белую на d4, затем белый конь съедает черную пешку на том же поле. Конь на f6. Конь на c3…
Я засыпаю на середине игры – во второй раз в жизни в чьих-то объятиях.
Глава 21
К трем часам следующего дня Нолан не сказал мне больше пятнадцати слов.
«Зачем он пошел конем на a5?»
«Мог бы пожертвовать королевой».
И мое любимое: «Я пойду за маффином – тебе принести?»
Возможно, предыдущая ночь была галлюцинацией. Возможно, наш поцелуй мне приснился. Я проснулась в полном одиночестве, на прикроватном столике дымилась кружка со свежим кофе.
– Что ты думаешь, Мэл? – спрашивает Тану. Судя по интонации, вопрос она задает не в первый раз.
– О чем?
– Об этой позиции. Что бы ты сделала?
Я бросаю взгляд на доску. Мы анализируем одну из прошлогодних партий Коха. Ну, остальные анализируют. Я витаю в облаках.
– Слабая. Ферзевый фланг практически не защищен.
– Ага, Нолан сказал то же самое.
Подняв на него глаза, я моментально заливаюсь краской.
