В глубоких ущельях Пятигорска в кабинете генерала Колосова Николая Львовича — на пороге которого стоит растерянный адъютант, словно пленник собственного замешательства. Внезапное появление штаб-ротмистра с синим мундиром безучурено и молчаливо — как статуя из мрамора, говорит о напряженности ситуации....
Похоже, «Шайтан Иван 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Встреча с Кудасовым в допросной жандармерии началась предсказуемо. Полковник равнодушно скользнул взглядом, его не удивило даже присутствие Куликова. Жан Иванович начал со стандартной процедуры: вопросы о личности — монотонные, равнодушные ответы. Я молча наблюдал за Кудасовым. Его уверенность в собственной неуязвимости была по-прежнему непоколебима; его позиция действительно казалась неуязвимой со всех сторон. Куликов, испробовав все подходы к главному финансисту Казачьего войска, лишь безнадежно взглянул на меня.
— Викентий Валентинович, — обратился я к Кудасову спокойным, равнодушным голосом. — Вы знаете, что это за вещь. — Я положил на стол между нами свой жетон.
Эффект был мгновенным. Кудасов побледнел как полотно. Испуг, мелькнувший в его глазах, за секунды разлился по всему лицу, сминая прежнюю маску самоуверенности. На лбу выступила густая испарина; он судорожно вытер ее грязным платком.
— Да, — продолжил я холодно, — вы не ошиблись. Именной.
Кудасов словно сдулся на глазах. От уверенного чиновника не осталось и следа — перед нами сидел жалкий, перепуганный обыватель. Было почти неприятно на него смотреть.
— Ваша затея обвинить меня в измене и повесить на меня хищение казенных денег… провалилась с треском. Логика проста: раз я невиновен — значит, деньги украли вы, Викентий Валентинович.
— Нет! — вырвалось у него хрипло. — Это неправда! Мне перепала лишь малая часть! Две тысячи! Остальное… — Он умолк, глотая воздух.
— Вы облегчите душу, — парировал я. — И, возможно, суд учтет чистосердечное признание при вынесении приговора. Я не ошибаюсь, Жан Иванович? — Я повернулся к Куликову.
— Совершенно верно, Пётр Алексеевич, — тот подтвердил сухо. — Возможно, суд учтет данное обстоятельство.
— Я… я хочу просить о смягчении! — залепетал Кудасов. — В обмен на признание! Там замешаны… высокие чины! Ваше сиятельство, дайте слово, что поможете мне⁈
— Викентий Валентинович, — ответил я с ледяной вежливостью, — я не стану вас обманывать.
— Господин Кудасов! — его голос приобрел официальную твердость.
