Наступил декабрь 1998 года, на лыжном курорте Ла-Мадьер в Франции собрались индивидуалки и клиенты из разных уголков Европы. Атмосфера здесь была наполнена незаурядной энергетикой: скрипящие лыжи, свисток горных вершин в морозном воздухе и смех, прерываемый лишь тихими шепотами....
Такое впечатление, что это Кэсс — няня, а Сара — избалованная молодая жена. Кэсс выглядит не на своем месте в этой роскошной обстановке, а дорогая дизайнерская одежда на ней кажется дешевкой, да еще и не по размеру. Сара, напротив, абсолютно спокойна. Возможно, она уже работала няней в богатых семьях.
— Реа! — восклицает при моем появлении Кэсс с напускной живостью. — Мне очень жаль, что вы проискали меня так долго. Я просто проснулась пораньше, пошла погулять и забыла взять телефон — мне и в голову не пришло, что кто-то будет волноваться…
Взгляд у нее отсутствующий — похоже, она принимает антидепрессанты.
— Ну конечно, с чего бы вдруг? — резко бросает Саймон.
И куда только подевался тот «заботливый встревоженный муж», которого он недавно изображал!
— Мэтт потерял из-за нас целое утро, обзванивал больницы и полицию, а Хьюго с Реа бегали по округе, разыскивая тебя. Собственно, Хьюго до сих пор бродит где-то на морозе — я не могу ему дозвониться, чтобы сказать, что ты вернулась.
— Насчет меня не беспокойтесь, — вмешивается Мэтт. — Никаких проблем. Для этого я и здесь. — Он бросает взгляд на часы. — Но раз всё в порядке, и Кэсс благополучно вернулась домой, надеюсь, вы не будете против, если я…
— Нет-нет, ну что ты! — восклицает Саймон, фамильярно хлопая Мэтта по спине. — Я только хотел извиниться за то, что ты потерял столько времени из-за моей жены.
Последние слова он произносит таким презрительным тоном, что проще было бы прямо сказать «моей безмозглой жены» и покончить с этим.
Кэсс склоняется над Иниго, притворяясь, что не слышит, но я вижу, как от выпада Саймона у нее краснеют щеки и выступают слезы на глазах.
— Никакого беспокойства, — напыщенно повторяет Мэтт. — Позже я еще зайду к вам. На случай если вам что-то понадобится.
Как только Мэтт выходит за двери, лицо Саймона мрачнеет.
— Ладно, Кэсс. Раз уж ты вернулась, я пойду найду Хьюго и сообщу ему хорошую новость, что ты здесь. Нельзя позволить, чтобы он и дальше бродил по такой погоде без всякой причины.
"Саймон награждает Кэсс последним уничижительным взглядом — она все еще держит на коленях Иниго и делает вид, что не замечает мужа, — и вылетает из шале, громко хлопнув за собой дверью.
Кэсс поднимает на меня глаза.
— Прости, что растревожила всех, Реа.
Она снова смотрит на ребенка, и по щекам у нее медленно катятся слезы.
Я присаживаюсь рядом с ней. Хоть мы едва знакомы, в это мгновение мне ее жаль.
