Наступил декабрь 1998 года, на лыжном курорте Ла-Мадьер в Франции собрались индивидуалки и клиенты из разных уголков Европы. Атмосфера здесь была наполнена незаурядной энергетикой: скрипящие лыжи, свисток горных вершин в морозном воздухе и смех, прерываемый лишь тихими шепотами....
Брюки, которые одолжила мне подруга, слишком узкие, и от них у меня на талии остался уродливый красный след; еще один, под грудью, натерла резинка бюстгальтера. Наверное, все-таки стоило купить спортивный топ, как она советовала, но не хотелось пускаться в ненужные траты.
В дверь стучат. Я хватаю полотенце, заворачиваюсь в него и открываю. Это Адам — тоже в полотенце, обернутом вокруг талии.
— Луиза, слушай, извини, но я, похоже, забыл плавки. Как думаешь, Уилл не будет возражать, если я надену его? Будь мы в Голландии, я пошел бы в сауну голым, но во Франции так не принято, насколько я могу судить.
Я заливаюсь краской и широко распахиваю дверь.
— Конечно. Заходи. Думаю, Уилл не будет против — сейчас посмотрю в его ящике.
Адам присаживается на постель.
— Помню, в детстве, когда мы ездили на каникулы, Уилл всегда аккуратно раскладывал свои вещи по полочкам, а я просто заталкивал чемодан под кровать и брал одежду оттуда по мере надобности. Он все еще такой же?
Стоя к нему спиной, я выдвигаю ящик комода.
— Да, — отвечаю я. — Легко понять, где его ящики, а где мои.
Перебираю стопку его белья и нахожу плавки, тщательно сложенные. Разворачиваюсь и победно взмахиваю ими перед Адамом."
"— Voila! — восклицаю я, продолжая размахивать плавками, словно исполняю танец семи покрывал.
Адам улыбается и встает. Оглядывает меня с головы до ног, и мне вдруг становится неловко.
— Держи, — протягиваю ему плавки, но он их не берет. Что-то в его лице меняется, и в следующее мгновение я понимаю, что сейчас произойдет.
Меня охватывает паника, я отступаю к стене, а он хватает меня за запястье. Его полотенце спадает, и Адам впивается ртом в мои губы, прижав меня к дверце шкафа. Он стискивает мою грудь, и на секунду я замираю от шока, не зная, что предпринять. Адам трется бедрами о мои бедра, и мое полотенце тоже падает.
Я отворачиваю голову и издаю приглушенный хрип.
Я пытаюсь вывернуться. Вскрикиваю в панике:
— Что ты делаешь?!
Адам сдергивает меня с места и швыряет на кровать, по-прежнему удерживая мои руки над головой. С силой проталкивает колено между моими ногами, раздвигая их.
— Нечего брыкаться, — рычит он, целуя и кусая мне шею.
