К слову сказать, оружейные мануфактуры у них не самые плохие, вот и заинтересовались новинками.
– Интересно. И как узнали?
– А все через тех же турок, – пожал Руслан плечами. – Мы тут вовсю воюем, и слухи о добром оружии уже по всем аулам разнеслись. А оттуда и до перевалов недалеко. К тому же мы еще и каторжников из города погнали. А эти точно молчать не станут.
– Не вяжется, – вдруг качнул Рязанов головой. – Оружием мы давно уже пользуемся, а каторжных мы отсюда недавно погнали.
– А до этого мы тут чего, пряниками их угощали? – фыркнул Шатун.
– То есть у этого господина тут вообще никаких контактов не было? – задумчиво уточнил Рязанов, бегло просматривая записи.
– Нет. Действовал на свой страх и риск.
– Угу, и дорисковался. А ежели его искать станут?
– А мы тут при чем? – удивился Руслан. – Сам приехал, сам гулял, сам пропал. Мы такими делами не занимаемся.
– Вас точно никто не видел? – помолчав, тихо спросил граф.
– Обидеть хочешь? Я даже отвечать на этот вопрос не буду, – фыркнул Шатун.
– Какие вещи? В гостинице даже портянки грязной не осталось, – отмахнулся Руслан, про себя гордясь работой своих подчиненных.
В ночь похищения хлыща трое казаков пробрались в его гостиничный номер и вынесли все, что ему принадлежало, до последней нитки. Вся обслуга клянется и божится, что гость ушел в ресторан, ужинать и не возвращался. А самое главное, уходил без вещей. В общем, очередная загадка предгорий. Полиция начала было суетиться и что-то там расследовать, но очень скоро поняла, что дело это абсолютно глухое. На самом же деле, после жесткого допроса хлыща вывезли в лес и, тихо пристукнув, сбросили в глубокий овраг. В общем, как говорится, концы в воду.
Руслан отлично понимал, что переступил черту, применяя подобные способы решения возникшей проблемы, но и действовать официально не мог. Ведь те же воры никогда не станут свидетельствовать в суде или как-то афишировать свое участие в этом деле. А ждать, когда кто-то соблазнится на деньги и отправится грабить подворье лучшего в городе кузнеца, было откровенной глупостью. Более того, это было бы подлостью по отношению к самому мастеру. Да и реноме абсолютно отмороженного вояки тоже надо было поддерживать.
– Послезавтра маменька приезжают, – вздохнув, тихо сказал Рязанов.
– Наконец-то. Я уж, грешным делом, думал, не случилось ли чего в дороге, – качнул Руслан головой.
– Слава богу, обошлось, – вздохнул граф. – Только теперь ума не приложу, как дальше быть.
