Вдали от взрывных боёв и шума города, группа вынуждена находиться в затоптанной лесной чаще. Командир Секач аккуратно расставляет бойцов на карте местности, а сам тщательно сканирует сигналы эфира. Лишь после того, как всё вокруг становится спокойным и тихим, он с удовольствием улегается отдыхать на ветвях дерева, даря ногам шатуньяк отдохнуть....
Не могу же я сопровождать вас в подобном виде, — добавил он, указывая на свою черкеску.
— Жаль, наряд горца вам очень идет, — вдруг улыбнулась графиня. — Но делать нечего. Едем.
— Отправьте пролетку. Моя коляска в вашем распоряжении, — понимая, что она не отвяжется, галантно предложил Руслан, подавая ей руку.
Пересадив графиню в коляску, Руслан вернулся к пролетке и, расплатившись с возницей, уселся рядом с женщиной. Недолго думая, Ухтомская взяла его под руку и, дождавшись, когда возница тронется с места, тихо спросила:
— Князь, скажите правду, война будет?
— Этот вопрос вам надо задавать не мне, — вздохнул Руслан.
— Даже офицеры контрразведки? — не сдавалась графиня.
— А чем офицер контрразведки отличается от всех остальных? — иронично хмыкнул Шатун. — Нам точно так же ставят задачи в рамках нашего дела и требуют их исполнения.
— Но ведь какие-то слухи в вашей среде ходят, — продолжала настаивать графиня.
— Слухи, сударыня, это не доказательство. Слухи ходят всегда и обо всем. К примеру, вы говорили про лекарство, которое я сделал. И откуда, скажите на милость, вы о нем узнали?
— Так о нем уже весь город говорит, — развела Ухтомская руками.
— Слухи, — понимающе кивнул Руслан.
— Но ведь они правдивы.
— Да. В этот раз мне повезло. Хотя за подобные опыты можно и на каторгу загреметь.
— Вы? На каторгу? За что? — возмутилась графиня.
— Препарат сей, сударыня, был еще не испытан, и я очень рисковал, решившись применить его на живых людях.
— Но ведь они все одно умирали, и обычная медицина не могла их спасти. А вы сумели. Как?
— Повезло, — пожал Шатун плечами.
— Повезло? Вы шутите так? — фыркнула Ухтомская. — Вы две жизни спасли своим лекарством, и называете это везением?
— Оно могло не сработать. Или сработать как-то не так. Всякое могло случиться, — вздохнул Шатун, уже понимая, что сделал большую глупость, не приказав доктору, его племяннице и пациентам молчать.
"Теперь, ради укола, за ним будут ходить все страждущие, считая, что у него имеется какая-то панацея от любой болезни. Впрочем, можно будет сказать, что это был всего лишь эксперимент, и для получения лекарства в достаточном количестве требуется время и еще куча проверок. Главное сейчас найти толковых стеклодувов и заказать им партию шприцев. А ведь еще требуется подумать, как изготовить инъекционные иглы.
