Вдали от взрывных боёв и шума города, группа вынуждена находиться в затоптанной лесной чаще. Командир Секач аккуратно расставляет бойцов на карте местности, а сам тщательно сканирует сигналы эфира. Лишь после того, как всё вокруг становится спокойным и тихим, он с удовольствием улегается отдыхать на ветвях дерева, даря ногам шатуньяк отдохнуть....
А как узнал, что проверка будет, так прибежал, помогите, мол. А чем? Товар-то давно уж продан. А он грозиться начал. Вот и пришлось… — блатной замолчал, презрительно сплюнув в щель выбитого зуба.
— Ну вот. И еще одно дело раскрыто, — хмыкнул Руслан, подмигнув ротмистру. — Это которое уже? Пятое?
— Так точно, ваше сиятельство, — быстро кивнул полицейский, стремительно записывая все сказанное блатным.
С начала проведения операции его отношение к команде Руслана и самому парню взлетело на небывалую высоту. Впрочем, это было и не удивительно.
На их удачу, бандиты на своих малинах старались не держать посторонних. Так что наткнуться на женщину с детьми тут было невозможно. Да, женщины были. Не много, но любовницы и хозяйки встречались.
Казаки закончили вычищать дом, и Руслан, передав под их опеку арестованных, сам прошел в помещение. Искать тайники. Это у него получалось лучше всех. Ротмистр, узнав, что команда будет получать свою долю со всего найденного, сначала попытался возразить, но быстро сообразил, что в противном случае все придется делать его подчиненным.
Казаки войной жили, с войны кормились. Да и ему самому деньги тоже были не лишними. Задумок было много, а создавать их приходилось на свои. К тому же требовалось еще и фасон держать. Офицерское звание и титул требовали определенного финансового ценза.
— Есть. Давай сумку.
Следопыт моментально сдернул с плеча кожаный ягдташ и, откинув его клапан, подставил, широко раскрыв горловину.
