Вдали от взрывных боёв и шума города, группа вынуждена находиться в затоптанной лесной чаще. Командир Секач аккуратно расставляет бойцов на карте местности, а сам тщательно сканирует сигналы эфира. Лишь после того, как всё вокруг становится спокойным и тихим, он с удовольствием улегается отдыхать на ветвях дерева, даря ногам шатуньяк отдохнуть....
Но должен вас предупредить, что господин полицмейстер весьма огорчен случившимся и требует немедля наказать виновного.
— Ну, пусть попробует, — прошипел Руслан так, что вздрогнул даже внимательно наблюдавший за беседой штабс-капитан.
— Думаю, господину полицмейстеру лучше успокоиться и как следует заняться своими подчиненными. Согласитесь, сударь, что ситуация уже доходит до абсурда. Среди белого дня офицера контрразведки пытаются ограбить какие-то каторжники. Это же ни в какие ворота не лезет. Думаю, я завтра же подам жалобу его высокопревосходительству на действия, а точнее, бездействие полиции.
— Ну, зачем же так круто, граф? — разом вспотев, проворчал ротмистр.
— А что прикажете делать, сударь? — развел Рязанов руками. — На моего офицера, средь бела дня, у самого базара нападают и его же пытаются сделать виноватым. Уж простите, не позволю. Вы взгляните на него, сударь. На нем же живого места нет. А подпоручик продолжает служить и приносить империи пользу.
— Осмелюсь напомнить, сударь, — между тем продолжал Рязанов, — что в город прибывают на воды люди состоятельные, и ежели их ограбят, то полицмейстеру вашему крепко не поздоровится. Напомните ему об этом.
— Ну, ваша служба тоже не без греха, — опомнился ротмистр. — Одна история с графиней Тишинской чего стоит.
— Ну, мы-то за собой прибираем, — фыркнул Руслан в ответ. — Банда в тот же день была уничтожена, а ее главарь в холодной парится. Чести и имуществу графини урону не нанесено, так что все благополучно разрешилось.
— Да, должен признать, сделано все было лихо, — вздохнул полицейский. — Мы, признаюсь, даже ставки делали, как долго вы их ловить станете.
— Много проиграли? — иронично поинтересовался Руслан.
— Три рубля, — смущенно признался ротмистр.
— В следующий раз ставьте на нас. С прибытком останетесь, — наставительно посоветовал Шатун, едва заметно подмигивая Рязанову.
— Вы так уверены в своих силах? — удивился полицейский.
— Просто вспомните тех трех бандитов, — хмыкнул Шатун.
— Скажите, господин подпоручик, не для протокола, для меня самого. Чем это вы их так? — вдруг спросил ротмистр, глядя ему в глаза.
— Ногами, — чуть улыбнувшись, ответил парень.
— Ногами?! — изумлению полицейского не было предела.
