Вдали от взрывных боёв и шума города, группа вынуждена находиться в затоптанной лесной чаще. Командир Секач аккуратно расставляет бойцов на карте местности, а сам тщательно сканирует сигналы эфира. Лишь после того, как всё вокруг становится спокойным и тихим, он с удовольствием улегается отдыхать на ветвях дерева, даря ногам шатуньяк отдохнуть....
Корзина, в которую он складывал разные мелкие покупки, висела на сгибе локтя, а сам парень делал вид, что никуда не торопится и, вообще, ему все вокруг почти не интересно. Так, легкий променад по утреннему времени.
Но свернув в оружейные ряды, Шатун насторожился. Это было мужское царство, и торговали тут люди серьезные. Останавливаясь у прилавков, Шатун внимательно осматривал клинки, иногда вертел в пальцах тот или иной кинжал и не спеша двигался дальше. На глаза ему попался бочонок с порохом, и Руслан тут же сделал стойку.
— Это откуда ж такая роскошь?
— По случаю достался, — не моргнув глазом ответил торговец.
— Жаль. Я б таких бочонков сразу пяток взял, — вздохнул Руслан с деланым сожалением.
— Это с кем ты так воевать собрался, что припасу огненного столько ищешь? — изумился продавец.
— Людей огненному бою учить надо, потому и ищу, — нашелся Руслан.
— А по чем возьмешь? — задумался продавец.
— А по чем продашь? — тут же последовал вопрос.
— Товар англицкий, редкий, так что по пяти рублей за бочонок, — чуть подумав, выдал продавец.
— Бога побойся, — возмутился Руслан. — По трешке пять бочонков сразу заберу.
— Не, по трешке не могу, — тряхнул продавец головой. — По четыре девяносто отдам.
— Три с полтиной, — прибавил Шатун.
Торг шел минут десять. Сошлись они на четырех рублях двадцати копейках за каждый бочонок.
— Пошли, казак. Будет тебе порох.
Подхватив корзину, Руслан не спеша последовал за продавцом. Выведя его за пределы базара, продавец свернул за сараи, где хранился товар, или, как тут говорили, лабазы. Утоптанная земля у этих строений превратилась в небольшую площадь, по краям которой стояла густая поросль кустов.
Сунув пальцы в левый рукав, Шатун вытянул один нож и, прижав его большим пальцем к ладони правой руки, на всякий случай приготовился к драке.
