Автор
В этой ужасной больничной палате с ее унывылыми окнами, где шепчутся тихие слезы пациентов и лежит бездыханный воздух — именно здесь главная героиня Шефа, Ксюша, борется за каждый глоток свежего воздуха. Её жестокий шеф требует чудовищных усилий, но у нее есть маленький кусочек добра внутри, который помогает выжить и сохранить собственную идентичность в этой мрачной тюрьме....
Осень, незаметно для меня, сменилась зимой, и я с удивлением осознала это только когда взглянула на календарь и обнаружила, что наступил декабрь.
Кафе менялось каждый день - дизайнеры закончили работу, всё оборудование было завезено и установлено. Штат поваров и официантов набран, осталось дождаться только мебель, которую Шумов заказал на какой-то итальянской фабрике, взяв на себя все расходы, связанные с покупкой и транспортировкой. И мне оставалось только смириться с этим и ждать, когда же будут нанесены последние штрихи.
"Отношения с Орловским с каждым днём становились всё более близкими. С ним было хорошо всегда - и ночью в постели, и днём, когда выдавалась минутка на кофе-брейк и мы встречались в кафе, где болтали, будто старые добрые друзья. Моя жизнь стала совершенно иной с того мгновения, когда у меня появилась уверенность в том, что мечта станет реальностью, и я больше не боялась, что всё изменится на сто восемьдесят градусов.
- Рит! А ты шпротов так и не купила, что ли? - крикнула из кухни Маринка, которой я дала партийное задание сделать то единственное, на что она была способна - бутерброды.
Сегодняшний день бесконечной чехарды был объявлен девчачьим корпоративом. Я готовила мясо, которое как раз доходило в духовке, Марина - бутерброды. Катя, которую ждали с минуты на минуту, обещала принести салаты и шампанское.
А я сидела на краю постели, размышляя о том, что такого могла съесть вчера, если сегодня меня с самого утра мутило, и отгоняла те мысли, которые первыми пришли в голову.
Стоило им встать перед моим мысленным взором, как тошнота подкатила к горлу, и я зажала рот рукой. Нет, это просто невыносимо.
Добежав до ванной, я склонилась над раковиной и принялась плескать в лицо ледяной водой. Перед глазами замелькали тёмные пятна.
- Рит, ты чего? - раздался рядом обеспокоенный голос Марины, и я перевела взгляд на неё. Она держала в руках злосчастную банку шпрот, и это стало последней каплей.
- Убери эту гадость.
И меня вырвало. Сразу стало легче, будто всё это время, с самого утра, во мне копилось что-то, требующее выхода. Переволновалась, что ли? Хотя, казалось бы, ничего нового не случилось.
- Ты про шпроты?
Маринка поднесла банку к лицу и понюхала.
- Они свежие совсем, вот, сама попробуй…
- Марина, уйди, ради бога! - выдохнула, задыхаясь от нового приступа тошноты.
