Много снежных хлопьев кружили над городом в морозный час утра. Крупные капли застыдно стекали по окнам, а фонари мерцали жутковатыми огнями на лужах. Максим понимал, что время неумолимо тянется к новым снежным порывам, и он должен был уходить. В этом мрачном свету и ветре чувствовалось что-то незнакомое — как будто сам город дышит другим духом....
То и дело вбегали актрисули и сотрудницы с воплями о покушении и избиении! Не мог он с лавочки вернуться в театр и попытаться скинуть меня с моста! Да еще в маске!
– Маска, – повторил Федя. – Действительно. К Ляле ведь тоже приходил… Вельзевул с лошадиной головой и с волосатыми лапами! Значит, маска та же самая.
– И что? Дальше что?
– Дальше все, Максим Викторович. Мы приехали, вылезайте.
Они вошли в гостиничный холл – Федя шел так, чтобы загораживать Максима.
Кажется, он уже когда-то шел, загораживая его собой.
– Зубы-то целы? – спросил он уже в лифте. Озеров посмотрел в зеркало. На скуле синяк уже налился чернотой. Губы разбиты довольно сильно, и с одной стороны как будто разорваны немного. Должно быть, от зубьев рифленой подошвы.
– До свадьбы заживет, – выдал Озеров фразу, которую полагается говорить в таких случаях.
– До моей? – осведомился молодой сценарист. – Или до вашей серебряной?.."
"В номере Озерова было очень холодно – он забыл притворить окно, и сквозняк трепал легкую штору.
– Таблетки пить не буду, – напрягся Максим. – Хватит.
– О’кей, шеф, – легко согласился Федя. – А чай будете? Мамаша прислала превосходный английский чай. – И он потряс перед носом у Озерова жестяной банкой. – Она считает, что нет ничего лучше чашечки крепкого горячего чая, особенно если…
Жестяная банка вдруг напомнила Озерову важное.
– Слушай, Федя, – сказал он и взял у него из руки банку. – Помнишь желтый баллончик в Лялином доме? Егор сказал, что это его баллончик? Он чего-то там красил, а потом растворителем чистил! Помнишь?
– А должен помнить?
– Это не его баллончик, – продолжал Максим. – Он сначала решил, что его, а потом оказалось, что не его.
Федя подумал немного.
– И что? Допустим, его поджигатель оставил, ну и что? Отпечатки пальцев, что ли?.
Озеров покосился на него. Пусть думает, вспоминает. Может, чего и надумает. Он сообразительный и быстрый, как белка. Не ошиблись они в мальчишке. Хороший мальчишка. Немного балабол и фанфарон, ну и что такого?..
