Режиссеры приехали в Нижний Новгород, чтобы записать спектакль для радио, но во время представления происходит убийство главного режиссера театра. Москвичам предстоит разгадать тайну старинного драматического театра и найти убийцу среди актёров и коллег.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Шекспир мне друг, но истина дороже»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Режиссеры приехали в Нижний Новгород, чтобы записать спектакль для радио, но во время представления происходит убийство главного режиссера театра. Москвичам предстоит разгадать тайну старинного драматического театра и найти убийцу среди актёров и коллег.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Режиссеры приехали в Нижний Новгород, чтобы записать спектакль для радио, но во время представления происходит убийство главного режиссера театра. Москвичам предстоит разгадать тайну старинного драматического театра и найти убийцу среди актёров и коллег.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Так что – детали! – провозгласил он с набитым ртом. – Самое главное детали, Максим Викторович. Оскар Уайльд сказал, что только очень поверхностные люди не судят по внешности! Вот к примеру! О чем вам говорит моя внешность?..
Озеров засмеялся и оглядел Федю с головы до ног – тот немедленно напялил шапку «Пар всему голова».
– Твоя внешность говорит мне о том, что ты лентяй, разгильдяй и самоуверенный тип. – Федя с удовольствием кивал. – Какой у тебя рост? Метр девяносто?
– Три, – подсказал Федя. – Метр девяносто три.
– Всякая форма тебе противна.
– Из чего вы делаете такой вывод, Максим Викторович?
– Вместо того чтобы принять сколько-нибудь приличный вид – все-таки едешь в командировку, да еще с начальством, да еще в незнакомое место! – ты напяливаешь на все свои сто девяносто три сантиметра безразмерные брезентовые штаны и куртку, подозрительную во всех отношениях. Человека в таких штанах и куртке уж точно нельзя принимать всерьез, но ты об этом даже не думаешь.
– Не думаю, – подтвердил Федя, тараща шоколадные глаза. – Я знаю, что вы ко мне относитесь всерьез, а на остальных мне наплевать. Заседания, свидания и любовные куры в ближайшую неделю не планируются. Так что ваш вывод неверен. Неверен, коллега!..
«Коллегами» всех называл отец-основатель и «организатор наших побед» Гродзовский, и Феде страшно нравилось такое обращение.
– Но эксперимент должен быть чистым! Меня вы хорошо знаете и, следовательно, пристрастны. Но вот – остальные люди! Что вы скажете о них?
– Федь, доедай и поедем.
– Подождите, Максим Викторович! Что вы, право? Воскресенье в полном нашем распоряжении, а мы уже проделали путь, сравнимый…
– Сегодня вечером спектакль. Я хочу посмотреть.
Федя нетерпеливо махнул рукой с зажатой в ней сосиской.
– Мы успеем, и вы об этом прекрасно знаете!.. – Он перешел на шепот: – Вон сидит парочка. Ну, вон, вон, за тем столиком! Что вы о них скажете?
Озеров непроизвольно оглянулся. Мужчина и женщина, довольно молодые, жевали бутерброды, каждый глядя в свой телефон.
– Они поссорились, – сообщил Федя в ухо Максиму. – Поездка не задалась! Вы обратили внимание, как они расплачивались за еду? Они стояли в очереди вместе, а заказывали отдельно, и каждый заплатил из своего кошелька. Сели тоже вместе! То есть они пара, но поругались в пути. Должно быть, она настояла на воскресной поездке к мамаше, а он собирался с друзьями в баню.
– Федь, иди сам в баню!..
– А вон та блондиночка на «Форде» клеит бобра из «БМВ», – Федя показал за стекло. Озеров, против воли заинтересовавшийся, посмотрел на улицу. – Она очень долго танцевала возле своей машины, будто не знала, как вставить пистолет в бак. Но он все не обращал внимания.
