Холодило кожу и гасило жар, который с каждым днем становился все невыносимее. Габи обнаружила серебряный ошейник, принадлежащий зверю, которого никто не мог найти. Теперь у нее было сразу два ошейника — один ласковый и другой странный, но она выбрала второй, который ей нравится больше всего....
– Можешь тут отлеживаться, а я пошел! – сказал и ринулся сквозь кусты к деревне.
Далеко продвинуться не получилось, костяная башка появилась словно из ниоткуда, цапнула за рукав, прихватив не только ткань, но и кожу. Митяй зашипел от боли, дернулся сам, дернул руку. Пустое! Костяная башка держала крепко, сверкала красными глазами. Вот только после упырей его таким не напугать. Он и не такое видел. До сих пор спать страшно.
– Пусти, – сказал Митяй просительно. Если не вышло по-плохому, может получится по-хорошему? – Там же папка мой, понимаешь?
Не понимала тварь костяная, безмозглая ровным счетом ничего и челюсти не разжимала.
– Пусти! – заорал он и, не обращая внимания на боль, дернул руку.
Челюсти разжались, но костяная тварь никуда не делась, бежала рядом, не отставала. А потом к ней присоединились и остальные Горынычи вместе с блондинчиком.
– Слышал? Стреляли!
– Не глухой, – просипел он. Бежать было тяжело, сил почти не осталось.
– Это не в деревне, это где-то в оврагах. Стой! – Блондинчик с силой схватил Митяя за ту самую покусанную руку. Митяй взвыл. – Стой, говорю! Что ты прешь напролом? Может быть там партизаны, а может и фрицы. Осторожно нужно, разведать все.
Он говорил разумные вещи. Будь Митяй в другом состоянии, он бы непременно к ним прислушался, а так лишь отмахнулся.
Удар пришелся в спину. Не слишком болезненный, но достаточный, чтобы сбить с ног.
– Я сказал, подожди! – Захрипел блондинчик в ухо. – В себя приди, ненормальный! Если мы сейчас на немцев нарвемся и подохнем, кто твоему бате поможет? Думай! – сказал зло и ткнул Митяя мордой в сырой и холодный мох.
Холод отрезвил, прогнал морок. Митяй спихнул с себя блондинчика, утер мокрое не то от пота, не то от слез лицо.
– Думай, – прохрипел тот, садясь рядом.
– Туман… – Митяй поднялся на ноги. – Видишь, какой?
– Вижу. – Блондинчик тоже поднялся.
