Одиночка с железной волей живет по собственным правилам, не подчиняясь никому. Годы ненависти и жажды мести к человеку, который лишил его всего. Между ними война без правил и пощады. Его девиз прост: моя жизнь, мои правила. И он готов пойти до конца.
Но и оставить одного Гришку в полуобморочном состоянии не мог. И, как на зло, оставил мобильник в кармане пиджака.
— Гриша! — хлопаю друга по щекам, он блуждает взглядом, но ничего не понимает. Пытаюсь поднять его на ноги, но в моих руках тупо овощ, никакой реакции. Я начинаю паниковать, внешне оставаясь невозмутимым. Мозг лихорадочно придумывает различные варианты урегулирования этой ситуации, а руки тем временем дотаскивают Гришу до умывальника. Подставляю его голову под кран, но так, чтобы не захлебнулся от потока воды.
— Таб… — что-то невнятное бормочет друг. Выключаю воду, наклоняюсь к нему. — Таблетки в кармане…
Шарю руками по карманам брюк, достаю какую-то пластинку. Выдавливаю на ладонь одну желтую таблетку, хочу для верности еще одну выдавить, но Гриша качает головой. Протягиваю ему какую-то хрень, он вяло ее берет, засовывает в рот под язык.
Некоторое время мы стоим рядом, смотрим друг на друга. Гриша отводит глаза в сторону, самостоятельно опирается руками на столешницу, умывается. Молчит. Я тоже молчу, не задаю вопросы, а их было множество. И на каждый хотелось получить ответ.
— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — скрещиваю руки на груди, опираясь спиною об стену. Давай, Гриша, скажи, что тебе херово, я мигом протяну тебе руку помощи! Только не таи ничего!
— Нет. Все нормально!
— Нормально? — кричу, подлетаю к другу, хватаю его плечи, встряхиваю. — Нормально???? — теперь шиплю сквозь стиснутые зубы. — Ты меня за придурка держишь или как? — как же мне хочется ударить его, чтобы мозги встали на правильное место и правильно выдавали мысли.
— Отпусти! — Гриша слаб, поэтому не может дать мне отпор, его «отпусти» звучит жалобно и противно. Я отпускаю, отступаю. Шумно выдыхаю, сжимаю кулаки.
— Как потребуются разговорчики по душам, ты знаешь, где меня найти! — друг не смотрит мне в глаза, смотрит на свои руки, которые лежат на раковине. Выругался матом вслух, ударив кулаком в стену. Боль не остудила во мне гнев. Иду на выход, сильно хлопнул дверью. О, чудо, что она не слетела с петель!"
"На входе в зал пришлось заставить себя натянуть улыбку, выровнять дыхание. Но едва появляюсь перед гостями, глазами сами ищут Лену. Она стояла возле Веры Ивановны. Красивая, вечернее платье цвета спелой сливы очень выгодно подчеркивал ее худенькую фигуру, темные волосы собраны в элегантную прическу, несколько прядей специально были оставлены на свободе.
