Шерлок Холмс и крест короля предлагают завязку, где гениативный детектив и доктор Ватсон решают загадку в доме 221-б на Бейкер-стрит. Интрига развивается вокруг тайн аристократов и сложных семейных обстоятельств, связанных с историей и миром.
Вместе с ними вы объедете Хаундсдитч-стрит, Уайтчепел и другие столь же непривлекательные районы нашего города. Никому, кроме вас, Ватсон, не известно лицо этого человека. Он редко дважды выходит на дело в одном и том же образе, однако едва ли ему под силу перевоплощаться каждый день. Даже лондонские анархисты не могут представить себе, каким он вернулся из Парижа. Если мы сумеем напасть на его след, он, возможно, приведет нас в эпицентр заговора.
Наше положение казалось безрадостным, но пока мы не могли предпринять ничего иного. Я не думал, что наш враг заявится на Бейкер-стрит в ближайшее время, и все же положил револьвер на столик подле кровати.
Утром нас ожидал еще один неприятный сюрприз. В газете (той самой, которая несколькими днями ранее призывала Холмса спасти Англию) снова появились наши имена. «Экстренное сообщение», якобы подоспевшее за секунду до того, как макет отправился в типографию, в искаженном свете выставило на всеобщее обозрение те факты, которые необходимо было держать в секрете.
Революция на пороге! Вчера поздним вечером главарь международной банды анархистов-коммунистов Петр Пятков, по прозвищу Художник, угрожал расправой мистеру Шерлоку Холмсу, знаменитому консультирующему детективу. Не менее десяти минут человек, назвавшийся Пятковым, выкрикивал оскорбления в адрес сыщика и с противоположной стороны улицы забрасывал его дом опасными предметами. Пострадало окно первого этажа. При виде полицейского преступник скрылся, вскочив на подножку проезжавшего мимо автобуса. Судя по всему, глашатай революции и страж порядка оказались друг другу под стать.
Очевидцы описывают Пяткова как высокого худощавого мужчину с крупными чертами лица, темными волосами и усами, в черном пальто с каракулевым воротником и широкополой фетровой шляпе а-ля Рембрандт».
— …Что делает его совершенно неразличимым в толпе сотен тысяч других обитателей Лондона, — философски заметил Холмс.
Меня разозлил фамильярный тон репортера.
— Какая издевка над читателями! — сказал я. — Подобное нахальство газетчиков только на руку Пяткову. Даже если он не увидит этой статьи, ее непременно прочтут его единомышленники.
— Не сомневайтесь, — ответил Холмс, продолжая намазывать масло на тост, перед тем как покрыть его слоем джема, — никто из них в неведении не останется.
Вскоре мой друг отправился оказывать помощь нации в лице собственного брата.