В коридоре квартиры Шейныловой, она озиралась поиски купальника. В последний миг память вспомнила про обещанный бассейн и его чистоту - идеальное место для любимого хобби – плавания. Красочный рекламный буклет подтвердил её догадки, готовя к незабываемому открытию в мире водных процедур....
Я порылась в мешочках, подписанных аккуратным почерком, выбрала тот, что так и назывался «душевный сбор», запарила в большой специальной кружке с крышечкой и поделилась божественным ароматным настоем со своими спутницами.
— Во-от. А это надо отнести ридгону Ронану и Миразу — пусть тоже насладятся. — с этими словами отправила младшую помощницу в дормез супруга, но она вернулась с заварником в руках назад.
— Ри Тина, они уже спят, не стала беспокоить. — сообщила она.
— Всё правильно сделала, утром им свежего приготовим, а этот сами допьём.
Поохав от восхищения и посмаковав вкуснецкий успокоительный напиток, окончательно умиротворённые полезли под одеяла.
Девчонки отрубились практически моментально. Я же ещё поворочалась, прислушиваясь к тому, как затихает лагерь. Вскоре наступило такое безмолвие, что я даже успела удивиться — обычно хоть какие-то звуки доносились снаружи, даже когда обоз погружался в сон.
Где-то на этом размышлении меня и сморило.
Проснулась от того, что замёрзла. Сперва, не желая просыпаться, спряталась под одеяло с головой. Не помогло.
— Да что такое? Печь мы что ли проворонили? Вроде же нормально натопили. — раздражённо вылезая из укрытия, подумала я. — Так, вроде, нет.
Воздух в дормезе оставался явно тёплым. Холодно было только мне.
— Эй, что происходит?! — громко крикнула я, торопливо натягивая верхнюю одежду, — Кто там?!
От моих воплей зашевелились помощницы.
— Девчонки, подъём, что-то неладное творится. — тормоша их, прошептала я.
В подтверждение этой мысли с улицы донёсся свист хлыста и следом испуганно-обиженное конское ржание. Дормез рывком дёрнулся и поехал чуть быстрее. Но всё равно с великой натугой, как будто коняги, надрывая жилы, тащили свою тяжёлую ношу по бездорожью.
Я распахнула дверцу и спрыгнула в снег, тут же утонув в нём выше щиколотки. Так и есть — наша повозка продиралась через дикий лес. Происходящее казалось кошмарной нелепицей.
