Автор
В шестьсотку для Робинзона ты забросишь все свои сбережения — будь то десяток рублей или десятки тысяч. Я уставилась на мелкие остатки телефона — и тут же поняла, что даже самый маленький предмет может рухнуть со стола и исчезнуть навсегда. Этот рассказ о том, как из ничтожества можно вырасти критически важной задачей....
Я согласился ее выручить, пришел в садик с камерой, тщательно записал, как кроха в костюме бабочки читает стихи, пляшет, поет, и отдал матери диск. На следующее утро – море обиды. Оказывается, я перепутал детей, нацелил объектив на девочку, исполнявшую роль капустницы, а надо было запечатлеть мальчика-гусеницу.
Вадим усмехнулся, а я, быстро сунув в пакет тапочки, протянула его хозяину, заметив:
– Глупо наряжать ребенка огородным вредителем. Надеюсь, ему не пришлось ползать по залу на животе?
– Удачного вечера, – раскланялся Вадим.
– И вам хорошего отдыха, – отозвался Маневин. – Даша, лучший магазин для кошек-собак расположен на Ленинградском проспекте, он называется «Другвет».
– У меня лягушка, – напомнила я.
Феликс Жанович потряс айпадом.
– Тут сказано: там есть отдел кормов для рыб и рептилий, плюс консультации доктора Айболита, одежда, обувь и прочие аксессуары.
– Покупка шубы, сапог, косметики и часов для квакушки не входит в мои планы, – серьезно сказала я.
– Давайте объясню, как найти «Другвет», – засуетился Маневин. – Выезжаете на проспект…
– Вы так хорошо знаете тот район, – отметила я, когда профессор в мельчайших подробностях объяснил дорогу.
– Неудивительно, я провел там детство, отрочество и юность, – улыбнулся Феликс Жанович. – Жил на Чапаевском проезде до приобретения собственной квартиры. И сейчас как раз хотел навестить маму, она живет на прежнем месте. Когда-то я покупал в «Другвете» корм для ее ныне покойного пуделя.
– Вы собрались в сторону Ленинградского проспекта? – остановила я его.
– К матушке, – еще раз уточнил Маневин.
– Нам ведь по пути, садитесь в машину, – предложила я.
– Не хочется вас обременять, – смутился он.
– Я еду в ту же сторону. Надеюсь, вы не боитесь сесть в тарантайку, которой управляет женщина? Правда, я отнюдь не ас дорог, езжу тихо, – призналась я.
– Лихач-водитель не подарок, – отозвался профессор. – Очень вам благодарен.
Я пошла к своему драндулету. Мне показалось или чуть раньше Феликс Жанович говорил о смерти собачки своей матушки? Хотя, может, она обзавелась другим четвероногим компаньоном…
«Другвет» располагался в подвале. Первое, что я увидела, спустившись по крутым ступенькам, была доска объявлений, на которой висела большая фотография в черной рамке.
– Ой-ой, у них кто-то недавно умер… – пробормотал Феликс.
