В Шестерке воронов мы погружаемся в мир секретных орденов и корпоративных магистратов, где каждая теневая операция имеет свою целительскую суть. Очередь первого расследования начинается у дома Худе, где главный герой Йоста приоткрывает завесу тайн, прячущихся за обычной внешностью обыденности....
– Ну, здравствуй, Бреккер. Пришел позлорадствовать?
– Не совсем, – ответил Каз.
И двери за ним закрылись.
Часть пятая. Лёд не прощает
27. ДжесперВосемь ударов«Где, черт побери, Каз?!» Джеспер переминался с ноги на ногу перед мусоросжигателем, в ушах тихо звенел сигнал тревоги, путая его мысли. Желтый протокол? Красный протокол? Он не помнил, что какой цвет означал. Весь их план строился на том, чтобы никогда не услышать этот звук.
Инеж привязала веревку к крыше и кинула ее вниз, чтобы они могли по ней взобраться.
Он услышал чьи-то перекрикивания и топот ботинок этажом выше. В любую минуту какой-нибудь стражник с хорошо развитой интуицией мог спуститься в подвал.
«Давай же, Каз. Я жду тебя». Все ждут. Нина влетела в помещение всего пару минут назад, жадно втягивая воздух.
– Иди! – крикнула она. – Чего ждешь?
– Тебя! – воскликнул он в ответ. Но когда стрелок спросил, где же Каз, лицо Нины исказилось.
– Я надеялась, что он с вами.
Затем она, кряхтя от усилий, полезла по веревке, и Джеспер остался один, замерев в нерешительности.
"«Он же Каз Бреккер». Даже если его запрут, Каз сможет сбежать из любой камеры, вырваться из любых оков. Джеспер мог бы оставить ему веревку и молиться, что дождь достаточно остудил шахту, и она не сгорит. Но если он и дальше продолжит стоять как баран, то выдаст их путь к отступлению, и они все будут обречены. Ему ничего не оставалось, кроме как лезть наверх.
Джеспер схватил конец веревки как раз в ту секунду, когда Каз ворвался в комнату. Его рубаха была в пятнах крови, темные волосы разметались во все стороны.
– Быстрее, – рявкнул он без всяких предисловий.
В голове Джеспера возникла тысяча вопросов, но он не стал тратить время, чтобы задать их. Парень закачался над углями и начал подъем. Сверху еще капал дождь. Стрелок почувствовал, как задрожала веревка, когда Каз схватился за нее снизу.
