В Шестерке воронов мы погружаемся в мир секретных орденов и корпоративных магистратов, где каждая теневая операция имеет свою целительскую суть. Очередь первого расследования начинается у дома Худе, где главный герой Йоста приоткрывает завесу тайн, прячущихся за обычной внешностью обыденности....
Он утаивает выигрыш.
– Он отличный крупье, и ему нужно кормить семью. Ты мог бы сделать ему выговор, отрезать палец.
– Тогда он уже не будет хорошим крупье, не так ли?
Когда крупье ловили на том, что он крал деньги из игорного зала, пит-босс[2] отрезал ему мизинец. Одно из тех глупейших наказаний, которые были в чести у банд. Утратившему палец ловкачу приходилось заново обучаться тасовать карты, а для его будущего работодателя изувеченная кисть нового работника являлась предупреждением, что за ним нужен глаз да глаз.
Каз не видел лица Инеж в темноте, но чувствовал ее негодование.
– Жадность – твой бог, Каз.
Он едва не рассмеялся.
– О нет, Инеж. Жадность склоняется передо мной. Она моя верная прислужница и главный рычаг влияния.
– Тогда какому богу служишь ты?
– Любому, кто предложит хорошую награду.
– Не думаю, что боги так работают.
– Не думаю, что меня это волнует."
"Она раздраженно фыркнула. Несмотря на все, через что ей прошлось пройти, Инеж продолжала верить, что за ней присматривают ее сулийские святые. Каз об этом знал, и ему отчего-то нравилось дразнить девушку. Хотел бы он сейчас увидеть выражение ее лица. Небольшая складочка между черными бровями Инеж доставляла ему особенное удовольствие.
– Как ты мог предугадать, что я успею вовремя добраться до Ван Даля? – спросила она.
– Ты всегда успеваешь вовремя.
– Тебе стоило предупредить меня.
– Я думал, что твои святые оценят этот вызов.
Какое-то время они оба молчали, а затем он услышал ее голос позади себя:
– Люди смеются над богами, пока не нуждаются в них, Каз.
Он не видел, как она ушла, но почувствовал, что ее нет рядом.
Каз сердито покачал головой. Сказать, что он доверял Инеж, было бы преувеличением, но он не мог не признать, что уже привык на нее полагаться.
