В Шестерке воронов мы погружаемся в мир секретных орденов и корпоративных магистратов, где каждая теневая операция имеет свою целительскую суть. Очередь первого расследования начинается у дома Худе, где главный герой Йоста приоткрывает завесу тайн, прячущихся за обычной внешностью обыденности....
Чем бы его ни накачали, он чувствовал себя так, будто его послали в нокаут.
Медик отошел в сторону, и Каз дважды моргнул. Когда у него наконец прояснилось в глазах, он огляделся вокруг. Как ни абсурдно это было, но Каз находился в помещении с роскошной обстановкой. Он ожидал, что окажется в логове «Черных Пик» или какой-нибудь другой конкурирующей банды, но это явно не дешевая показуха одной из бандитских нор Бочки. Для такой обстановки нужны огромные деньги – панели из красного дерева с резьбой в виде пенящихся волн и летучих рыб, полки, забитые книгами, витражные окна и, судя по всему, оригинал картины Де Каппеля на стене.
"«Проклятие! – подумал Каз. – Меня взяли под арест?» Если так, то этого купца ждет сюрприз. Благодаря Инеж у него накопились сведения на каждого судью, пристава и высшего члена совета Керчии.
Купец выглядел лет на сорок. У него было изможденное, но красивое лицо, а на лбу уже появились залысины. Когда Каз встретился с ним взглядом, сидящий за столом человек прочистил горло и сложил пальцы домиком.
– Господин Бреккер, надеюсь, вы не слишком плохо себя чувствуете.
– Уберите от меня этого старого слизняка.
Купец кивнул медику.
– Можете идти. Пожалуйста, пришлите мне счет. И, конечно, я буду признателен за ваше благоразумие и молчание.
Старик закрыл свой саквояж и вышел из комнаты. В тот же миг купец встал и поднял кипу бумаг со стола. На нем были сшитый на заказ сюртук и жилет, – такой костюм носили все керчийские торговцы: темный, изысканный, намеренно старомодный. Но его карманные часы и булавка для галстука сказали Казу все, что ему нужно знать – тяжелую золотую цепочку для часов украшали звенья из лавровых листьев, а булавку венчал огромный рубин.
«За то, что ты приковал меня к стулу, я оторву этот крупный камешек от булавки и проколю ею твою толстую шею», – подумал Каз. Но сказал лишь:
– Ван Эк.
Мужчина кивнул. Кланяться не стал, разумеется. Торговцы не церемонились со всяким сбродом из Бочки.
– Значит, вам известно, кто я такой?
Каз знал символы и камни всех керчийских купеческих домов.
