В Шестерке воронов мы погружаемся в мир секретных орденов и корпоративных магистратов, где каждая теневая операция имеет свою целительскую суть. Очередь первого расследования начинается у дома Худе, где главный герой Йоста приоткрывает завесу тайн, прячущихся за обычной внешностью обыденности....
В горле свербело. Собственная кожа казалась врагом.
Когда начались судороги, Нина умоляла Матиаса уйти.
– Не хочу, чтобы ты видел меня такой, – сказала она, пытаясь перевернуться на бок.
Он смахнул влажные пряди с ее лба.
– Насколько все плохо?
– Плохо. – Но она знала, что будет еще хуже.
– Хочешь попробовать юрду? – Кювей предположил, что маленькие дозы обычной юрды могут помочь Нине пережить этот день.
Она покачала головой.
– Я хочу… хочу… святые, почему здесь так жарко?! – Затем, несмотря на боль, девушка попыталась сесть.
– Нина, Кювей сказал, что воздержание может убить тебя. Я не позволю тебе умереть.
Кювей. В Сокровищнице Матиас сказал: «Он один из нас». Ей понравилось это слово. Нас. Слово без барьеров и границ. Оно наполняло надеждой.
Девушка откинулась на спину, и все ее тело взбунтовалось. Одежда стала, как битое стекло.
– Я бы убила всех дрюскелей до последнего.
– Мы все несем наши грехи, Нина. Мне нужно, чтобы ты выжила, дабы искупить свои.
– Ты же знаешь, что можешь сделать это и без меня.
Парень уткнулся головой в руки.
– Но не хочу.
– Матиас, – ласково произнесла она, проводя пальцами по его коротким волосам. Больно. Мир делал ей больно. Прикасаться к нему было больно, но она все равно это сделала. Кто знает, представится ли ей когда-нибудь еще такая возможность. – Я ни о чем не жалею.
Фьерданец взял ее за руку и нежно поцеловал костяшки пальцев.
– Останься, – попросила девушка. Из ее глаз покатились слезы. – Останься со мной до конца.
– И даже после, – ответил он. – Навсегда.
– Я хочу снова почувствовать себя в безопасности. Хочу вернуться домой, в Равку.
– Значит, я отвезу тебя туда. Будем поджигать изюм, или что вы там, безбожники, делаете забавы ради.
– Фанатик, – слабо выдавила она.
– Ведьма.
– Варвар.
– Нина, – прошептал Матиас, – моя маленькая красная птичка.
44. ДжесперПока шхуна мчалась на юг, весь экипаж, казалось, нес вахту. Все общались вполголоса, тихо ступая по палубе. Джеспер волновался о Нине ничуть не меньше остальных, – ну, не считая Матиаса, разве что, – но это почтительное молчание было для него невыносимо. Ему требовалось во что-то выстрелить."
"«Феролинд» напоминал корабль-призрак. Матиас не отходил от Нины и попросил Уайлена помочь ухаживать за ней.
