В Шестерке воронов мы погружаемся в мир секретных орденов и корпоративных магистратов, где каждая теневая операция имеет свою целительскую суть. Очередь первого расследования начинается у дома Худе, где главный герой Йоста приоткрывает завесу тайн, прячущихся за обычной внешностью обыденности....
Нина, ты закончила?
Она кивнула, и Инеж заняла ее место, чтобы наложить на Маззена повязки, как у Матиаса.
– Ладно, – кивнул Каз. – Буди Хельвара.
Нина присела рядом с Матиасом, пока Каз светил ей лампой. Даже во сне лицо парня было тревожным и хмурым. Она провела рукой по его побитой челюсти, борясь с желанием задержать ее там.
– Не трогай его лицо, Нина. Мне надо, чтобы он мог передвигаться, а не выглядел красавчиком. Быстро исцели его до нужного состояния, но не более. Не хватало еще, чтобы он нашел силы с нами бороться.
Нина убрала одеяло и принялась за работу. «Всего лишь очередное тело», – убеждала она себя. Каз довольно часто вызывал ее среди ночи, чтобы исцелить раненых членов «Отбросов», которых нельзя было вести к медику, – девушек с ножевыми ранениями, парней со сломанными ногами или застрявшими в теле пулями, жертв потасовок с дозорными или другой бандой. «Представь, что это Маззен. Или Большой Боллигер, или еще какой-нибудь дурак. Ты не знаешь этого парня». И в этом была доля правды. Парень, которого она знала, сейчас – только оболочка, внутри которой находится кто-то другой.
Она ласково коснулась его плеча и позвала:
– Хельвар… – он не шевельнулся. – Матиас.
В горле появился ком, а глаза защипало от желания расплакаться. Нина нежно поцеловала его в висок, хотя знала, что Каз и другие смотрят и что она выставляет себя идиоткой перед ними. Но, после столь долгой разлуки, Матиас снова был здесь, рядом с ней. Вот только изувеченный.
– Матиас, – повторила она.
– Нина? – его голос был хрипловатым, но таким же чудесным, каким она его помнила.
– О, святые, Матиас, – прошептала она. – Прошу, проснись.
Он поднял веки и посмотрел на нее своими светло-голубыми глазами.
– Нина, – тихо произнес он. Затем погладил костяшками пальцев ее щеку и ласково обхватил грубыми ладонями лицо. Казалось, он не верил собственным глазам. – Нина?
По ее щекам покатились слезы.
– Тише, Матиас. Мы пришли спасти тебя.
Но не успела она моргнуть, как парень схватил ее за плечи и прижал к полу.
– Нина, – прорычал он.
И затем его руки сомкнулись на ее шее.
Часть вторая. Слуга и рычаг
7. МатиасМатиасу вновь снился сон. Снилась она.
Во всех своих снах он преследовал ее: иногда по зеленым весенним лугам, но чаще по ледяным полям, ловко петляя между валунами и трещинами. Он всегда догонял и всегда ловил девушку.
В приятных снах он толкал ее на землю и душил, наблюдая, как в ненавистных глазах меркнет жизнь. Наконец-то, наконец-то! В кошмарах же они целовались.
