Автор
Месть по-холодному или по-горячему? Героиня готова любым способом заставить циничного миллиардера Вадима Авдеева ответить за его преступления. Она станет его игрушкой, чтобы разрушить все, что он построил. Но сможет ли она устоять перед чувствами, которые пробуждает в ней враг?
И, блядь, натягивает.
Двигается глубоко и беспощадно.
Быстро.
Бросает грязные, возбуждающие слова.
Говорит, какая я пиздецкая, какая горячая, как охуенно растягиваюсь на его члене.
Я чувствую себя и абсолютно покоренной, и невероятно свободной одновременно. Хочу отдаться ему полностью, без остатка.
Отвечаю на его ярость своей страстью, на грубость — податливостью.
Я кричу, стону и царапаю шелк под руками.
Теряю себя.
Вадим сжимает меня сильнее, его движения становятся еще более злыми и глубокими.
Его пальцы опускаются мне между ног, находят мой клитор, начинают ласкать — грубо, но так, сука, правильно. Я не успеваю подготовиться к следующему оргазму — просто ругаюсь какой-то бессвязной чушью, пока меня укрывает.
Бьюсь в его руках. Из глаз брызжут слезы, из горла вырывается только один, протяжный, почти звериный вой.
И он снова задает темп — без передышки, наполняя собой целиком каждым жестким толчком сверху вниз. Так, чтобы мое бедное горло учит новую октаву, а затраханное тело выпрашивало еще один оргазм.
Я не знаю, кто из нас кончает первым.
Наверное, это случается синхронно.
Я чувствую, его последние толчки — жесткие, в самый упор.
Как горячая сперма выплескивается в меня струями, а мой живот отвечает сладкими спазмами.
Меня продолжает трясти от кайфа, когда Вадим падает рядом на спину, увлекает меня себе на грудь, обнимает, горячо дышит мне в макушку.
Я как будто превращаюсь в фабрику по производству мегатонн эндорфинов — мне так сладко, боже.
Хорошо, как в раю.
— Я люблю тебя, — шепчу, выцеловывая его грудь. Признание срывается само собой, я даже не сразу понимаю, что его произносит мой рот. Что этот тихий голос на грани потери сознания — мой. — Люблю…
Я пытаюсь приподнять голову, чтобы заглянуть ему в глаза, но сама же обрубаю попытку.
Что ты, дура наивная, хочешь там увидеть?
— Больно не сделал? — Авдеев скользит руками по моей талии, задерживает ладони на ягодицах, несильно сжимает. Совсем не так, как пару минут назад.
Ответить нет сил. Кажется, если открою рот — неважно для чего — снова вывалю на него какое-то очередное идиотское признание. Поэтому просто мотаю головой. А потом закрываю глаза — и подаюсь к нему. Буквально наощупь нахожу его жесткие губы, на которых еще сохранился мой собственный вкус.
— Еще хочу, Тай. Мало потрахал.
Мы занимаемся сексом еще несколько раз. Уже не так дико, но кончаю я с каждым разом все ярче.
