Автор
Месть по-холодному или по-горячему? Героиня готова любым способом заставить циничного миллиардера Вадима Авдеева ответить за его преступления. Она станет его игрушкой, чтобы разрушить все, что он построил. Но сможет ли она устоять перед чувствами, которые пробуждает в ней враг?
Такой… сучий, как будто этот странный, другой Вадим, разбудил для себя другую меня.
Ту, которая точно все вывезет, даже если в конце от меня останется только лужица.
Его темная голова — у меня между ног. Я успеваю только взвизгнуть, когда разводит бедра одним безапелляционным движением, раскладывая меня так, что колени почти касаются простыни.
Я приподнимаюсь на локтях.
Да, блядь, хочу смотреть.
Боже, так хочу…
Его язык скользит по внутренней стороне моего бедра, оставляя за собой влажный, обжигающий след. Потом — ближе, у сгиба.
Я сжимаю грудь ладонью.
Замечаю, что на секунду Вадим поднимает взгляд — уже абсолютно на хрен черный.
Вспоминаю, как он любит.
Сжимаю «штангу» пальцами, оттягиваю.
Он в ответ, проезжается языком по моим припухшим мокрым складкам.
Я вою — просто от того, как он в эту минуту выглядит.
Господи, пусть просто сожрет — а там вообще по хер.
Он проталкивает язык глубже, обводит клитор по кругу. Не задевает. Дразнит так мучительно прицельно, что я начинаю дергаться и толкаться ему навстречу, требуя то, что мне так остро необходимо.
Вадим в ответ вдавливает пальцы мне в бедра. Намеренно сильно, заставляя взвыть от вспышки боли, которую он тут же гасит языком.
— Да, блядь… — выскакивает из моего рта, когда я, наконец, чувствую первую сладкую судорогу.
Выгибаюсь дугой, пальцы впиваются в простыню, пытаясь удержаться в этой реальности, которая стремительно расплывается вокруг меня.
Он лижет меня остро, жестко, глубоко.
Втягивает в рот, посасывает, как любит делать с игрушкой в моем соске.
В какой-то момент становится так слишком, что хочется инстинктивно убежать (хотя я бы убила его, клянусь, если бы он хотя бы дернул головой!), но мужские руки держать намертво, не давая сдвинуться.
И сладкая пытка продолжается.
Мои ноги дрожат. Меня трясет, как в лихорадке.
Я задыхаюсь от собственного нетерпения. Пытаюсь закрыть глаза, спрятаться, потому что ощущений слишком много, но вместо этого из последних сил вскидываю руку, запускаю пальцы в темные жесткие пряди.
— Блядь, кончить хочу… — стону сквозь зубы.
Мы перекрещиваемся взглядами ровно в тот момент, когда он прищелкивает по мне языком.
Как будто дает, наконец, отмашку.
Можно, господи!
И я кончаю. Так сильно, так яростно, что на секунду глохну, слепну и теряю себя.
Меня просто вырубает на пару мгновений.
Я больше не чувствую своего тела.
Я просто крик и просто сгорающий изнутри воздух.
