Автор
Внутреннее пространство кабинета окружает спокойная атмосфера высоты и городских видов — широкие проспекты и дорогие автомобили за окнами создают элегантный и завораживающий фон. Вадим Александрович, главный персонаж, уже на месте, готов к встрече с делегатами из Америки, когда вдруг появляется Аня — его помощница, чтобы поднять утро на позитив....
Что она сломается окончательно — прямо у меня на глаза.
В самолете Крис забивается в угол кресла, достает все ту же дурацкую книжку в розовой обложке и… начинает читать вслух, записывая себя на телефон.
На секунду — даже меньше — ловлю себя на мысли, что это может быть осложнением вчерашнего приступа. И еще пару секунд о том, что ни хрена о ней не знаю, кроме каких-то общих вещей и рассказа о ее семье, который вчера буквально вытащил из нее клещами. То, что она всеми силами старалась избегать конкретики, считывалось так же легко, как и ее сегодняшнее желание отгородиться от меня бетонными стенами и колючей проволокой.
— Крис, это что за новый перформанс? — спрашиваю, стараясь придать голову максимальную нейтральность."
"Она вздрагивает, как будто забыла, что я рядом. Поднимает взгляд — пустой, без привычного огня.
— Это для Маруси, — снова утыкается носом в книгу. Переворачивает страницу. — Ну, для каракала. У тебя на конюшне. Николай Викторович обещал ей включать. Я думаю, так она быстрее привыкнет к моему голосу.
Блядь. Она серьезно? Читает книжки дикой кошке, которая ее при первой же возможности сожрет вместе с этой розовой макулатурой. Но что-то в ее голосе, в этой странной, почти детской заботе, заставляет оставить свои комментарии при себе. Пусть читает. Если ей от этого легче — пусть хоть «Сто лет одиночества» начитывает.
Только бы больше не плакала.
Я отворачиваюсь к иллюминатору. Перелет до Калифорнии займет около пяти часов. Пять часов в замкнутом пространстве с женщиной, которая вчера призналась мне в любви, а сегодня смотрит, как на пустое место.
Идея выкупить дом в Палос-Вердес заранее, не дожидаясь прописанных в контракте четырех месяцев, пришла спонтанно. Еще когда я только предложил Крис поехать со мной в Нью-Йорк. Захотелось… чего? Чтобы у нас было место, где мы могли бы побыть вдвоем. Без этой вечной офисной хуйни, без посторонних глаз, больше, чем день и ночь. Посмотреть, как ей будет рядом со мной в такой, типа, почти семейной обстановке.
«Я люблю тебя…»
Ее шепот до сих пор звучит у меня в ушах. Такой тихий, такой отчаянный. И я, блядь, не смог ничего сказать в ответ.
