Патриотизм, конечно, не помешал бы, с ним могли бы первое место занять, вы возьмите на заметку для будущих конкурсов. Вы тут про Европу и Китай упомянули, а надо было про родину написать, постигаете, к чему клоню?
Василиса постигала с трудом, но кивнула уверенно. Начальство просветлело и ошарашило вопросом:
– Директором школы стать не мечтаете?
– Нет!!! – выдохнула Василиса, отшатнувшись и чуть не рухнув со стула на пол. Опомнилась, взяла себя в руки, извинилась: – Простите, нервничаю перед съездом.
– Удивительно, только в вашей школе никто из учителей не хочет быть директором, все отказываются категорически, – проворчал Твердолобов. – Между тем, руководителей нужно периодически менять, а то со временем они начинают халатно относиться к своим обязанностям.
– Елисей Назарович относится к ним со всей ответственностью, – ледяным тоном заверила Василиса, непримиримо выпрямляясь и складывая руки на груди. Она почувствовала, как замерцали синим светом её серые глаза, и опустила ресницы, беря силы под контроль. После нашествия засохших насекомых в директорский кабинет она точно знала, что вольно гуляющие силы некроманта объект приложения всегда отыщут.
– Как он вашу ярую преданность заслужить сумел, это ж вы за него все отчёты строчите, да? В том числе – о его работе в качестве наставника? – буркнул Твердолобов. – Не отнекивайтесь, я прекрасно помню, как раньше из лысогорской школы любой отчёт приходилось выбивать чуть ли не по году. Чаще бывало проще забыть и махнуть рукой, чем чего-то требовать. Однако я говорил о директоре другой школы, которую приходится закрывать из-за неумелых действий руководства. Настолько неумелых, что и родители, и учителя все жалуются, причём жалобы строчат в самые высокие инстанции, через мою голову! Ждите пополнения классов новенькими учениками, Василиса Алексеевна, учащихся закрывшейся школы переведут к вам. Школьный автобус у них есть, доставку обеспечим.
– К-как к нам? – запнулась Василиса. Обыкновенных детей в их деревню?! Очень плохая идея! Детишкам быстро потребуется помощь психиатров! – А Елисею Назаровичу вы уже сказали?
– Вот на съезде и скажу, поставлю в известность, так сказать.
Из приёмной донёсся раздражённый голос секретарши:
– Анисий Аркадьевич, дайте приказ выделить деньги на новый монитор, этот у меня опять тухнет! Стоит-стоит и тухнет!
Картинка, сформировавшаяся в голове Василисы при изречении «стоит и тухнет» была определённо навеяна кладбищенской практикой. Оказывается, всяческие мертвецы не вызывают чувства отвращения, когда думаешь лишь о том, как бы укрыться от них и не стать их обедом, – тогда тебе в принципе не до чувствительности и брезгливости.