Автор
В звонке полковника Гурова, где он ссорится со своей женой за ее вежливость, черты драматичной школьной бойни начинаются. Кипящий конфликт между взрослыми отражается на детях, создавая непростую атмосферу напряженности и нестерпимого ожесточения в тени закрытых дверей школы....
– Вы просто не знаете Станислава Васильевича лично. Это прекрасный человек.
– Как скажете, – поджала губы заместитель директора.
«Да он и сам понял, что вам наедине со мной станет легче, – подумал Гуров. – Орлов его вызвал. Ну конечно».
Сигареты Тамара Георгиевна курила дорогие. Кабинет тотчас наполнился терпким запахом вишни и древесной коры.
– Видите ли, Лев Иванович, я всех их знала очень давно, так как в школу каждый пришел уже после меня. Раньше всех познакомилась с Олегом Алексеевичем. Вы же с ним тоже успели пообщаться, да?
– Перебросились парой слов, – подтвердил Гуров.
– Да, я помню. Когда мы подошли с вашей женой, он хотел собрать свои атласы и карты. Их у него в запасниках было очень много. Он предпочитал использовать старые пособия, к обновленным же относился с некоторым недоверием. Такой уж был человек.
– Мне показалось, что он вас побаивается, – признался Гуров. – Вы так строго с ним разговаривали."
"– Нет, он меня не боялся, – покачала головой женщина. – Но уважал, это чувствовалось.
Гуров понимал, что беседа может затянуться надолго, но не перебивал Тамару Георгиевну. Он уже понял, что она не из тех, кто будет попусту молоть языком. Все, что она рассказывала, так или иначе относилось к делу. О Шлицмане она отзывалась с восторгом, описывала его деяния с придыханием, ссылалась на отзывы множества свидетелей и тем самым как бы лишний раз доказывала свою непричастность к его смерти.
– За последний год все изменилось, – Тамара Георгиевна выпустила в потолок струйку дыма. – Трансформация, которая произошла с Олегом Алексеевичем, никого не оставила равнодушным. Не знаю, что вам о нем говорили и какими были мнения, за него многие переживали, но вида не показывали.
