Вчера я была эмоционально подавлена, а Арсен оказался тем, кто развеял мою печаль. Собственно, поэтому мне и приснилось… То, что приснилось.
— Да, — кивает головой, переводит взгляд на меня и решительно заявляет: — тебя.
Не иначе как чудом я удерживаюсь на стуле. Хватаюсь мертвой хваткой за шкаф, словно Арсен прямо сейчас собирается меня снять со стула, закинуть на плечо и утащить… Одному богу известно куда.
— Так и понимать, — совершенно невозмутимо бросает, медленно подкрадываясь ко мне. — У нас репетиция вальса через десять минут. Или ты забыла?
Проклятье! Я действительно забыла.
Кажется, Светлана Леонтьевна что-то упоминала о репетиции в общем чате, но я это не приняла во внимание.
Почему Герасимов тоже не мог забыть? Я вас умоляю, в прошлом году он не явился на последний звонок, поскольку «забыл». Он также «забывает» посещать уроки… И дался ему этот вальс!
Положа руку на сердце, признаюсь, я надеялась, что он часто будет пропускать тренировки, и я попрошу другого партнера, ссылаясь на безответственность Арсена. И что мы имеем? Это я забыла про вальс, черт возьми!
— Ничего я не забыла, — бубню себе под нос, отчего лицо Герасимова озаряет лучезарная улыбка. Он меня раскусил.
— Так ты собираешься слезть со стула или тебе помочь?
Ни за что Арсен ко мне не прикоснется!
— Ты иди, а я догоню, — покосившись на рюкзак, заверяю его.
Вместо этого Герасимов делает два шага, и оказывается прямо за моей спиной. Заглядывает за плечо и тихо усмехается, как бы невзначай интересуясь:
— И тебе не нужна помощь с рюкзаком?
Поджимаю губы, не в силах из себя выдавить просьбу. Разве не очевидно, что я в отчаянном положении?
— Что? — дурашливо прикладывает руку в уху. — Не слышу…
— Не мог бы ты достать мой рюкзак, пожалуйста, — со вздохом произношу.
С легкостью, как будто я ничего не вешу, Арсен снимает меня со стула, после чего сам на него залезает, достает рюкзак и протягивает со словами:
— Зачем ты его туда закинула?
— Ты думаешь это я? — вскидываю брови, мол, серьезно? По-твоему, мне больше заняться нечем?
— И чья это великолепная идея?
Герасимов спрыгивает со стула, ставит его на место и, положив руку мне на спину, ведет к выходу.
— Васнецовы, — совершенно без зазрения совести выдаю болванов.
— Хочешь, наваляю им?
Видимо, Арсен сам от себя не ожидал таких слов. Мы ошарашенно друг на друга таращимся, а потом он прочищает горло и чешет затылок.