Глава 1 — В глубине темного убежища, голос Ольги казался громом среди ночи: "Открой глаза! Я приказываю!" С каждым словом Ольга увеличивала свой визгливый тон, заставляя меня невольно замереть. Она не просто приказывала, но и признавалась в своем безумии — "Чертова дрянь! Я приказываю!" — словно отдаваясь своему самомнению. Наконец, я не смогла устоять перед этой невероятной болью в глазах и медленно поднялась, пытаясь понять, что происходит вокруг меня....
Похоже, «Шлейф сандала» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
- Я понимаю, вам кажется, что это блажь, и женщина не должна заниматься подобными делами… - я старалась говорить быстро, чтобы высказать все, что думала по этому поводу, но Павел Васильевич вдруг накрыл мои напряженные руки своими теплыми ладонями.
- С чего ты решила, что я так считаю?
Я замолчала, непонимающе глядя на него.
- М-м-м… значит, не считаете?
- Никогда не понимал тех, кто умаляет роль женщин в нашем обществе, - граф улыбался так тепло, так искренне, что я даже почувствовала к нему нечто, похожее на нежность.
- Но ведь графская дочь – это не купчиха. Не так ли? – я хитро взглянула на него."
"- Да, общество делает видимость, что осуждает женщин, посмевших взяться за дела. Но по большому счету это не играет большой роли. Графиня Потемкина имела в Курской губернии суконную фабрику. Кроме того, дворянство всегда пользовалось монопольным правом на производство алкогольной продукции.
Загорский поразил меня своей информированностью в этих вопросах. Я с восхищением слушала его, понимая, что это человек поддержит меня во всем.
- Естественно, вдовам легче вести дела. А вот препятствием в твоей жизни может стать супруг, если он будет считать, что его жене недостойно заниматься подобным. – Павел Васильевич прищурился. – Между тобой и князем Эристави есть чувства? Я прав?
- Ну… да… мы… - я не знала, как объяснить, что происходит между нами.
- Я понимаю… Но вот тебе мой совет: не стесняйся требовать к себе уважения. Если князь влюблен, он должен принять решение. Иначе все, что происходит между вами, становится неприличным, – Павел Васильевич стал серьезным. – Прислушайся ко мне, дочка… Кстати, если ты переживаешь о своей предпринимательской деятельности.
