– Как вы себя чувствуете, товарищ Шолохов? – спросил он, усевшись за стол.
– Всё хорошо, Иосиф Виссарионович.
– Врачи говорят, у вас очень сильные травмы, которые нельзя переносить на ногах. Вам нужно бы пройти повторное обследование в кремлёвской больнице.
– Мне уже лучше, товарищ Сталин.
– Говорят, лётчик был пьян. Его собираются судить.
– Ручаюсь, что не был пьян.
– Как вы можете ручаться?
– Я с ним общался перед вылетом.
Они выпили вина. Обсудили дела на фронте.
– Когда, товарищ Сталин, мы погоним их с нашей земли?
– Копим силы для удара, – ответил он. – Будем наступать.
Неожиданно Сталин поинтересовался:
– Сколько времени Ремарк писал «На Западном фронте без перемен»?
– Три года… – Сталин задумался. – Идёт война, тяжелейшая. Кто о ней напишет, если не вы? Нужен такой же сильный роман, как «Тихий Дон». Вы сумели изобразить там храбрых людей. Мелехов храбр. Подтёлков храбр. Нам нужны портреты героев этой войны. В «Тихом Доне» – только белогвардейские генералы. У нас есть наши генералы.
Шолохов разумно смолчал о том, что в ту войну белогвардейских генералов он встречал не раз, а красноармейских – ни одного. В эту видел многих, больше всех поразил Лукин – но он пропал без вести.
– Нужны портреты полководцев! – продолжал Сталин. – Неужели сегодня нет таких, как Суворов и Кутузов? Которые сегодня отбросили немцев от Москвы, выбили из Ростова.
Сталин поднял свой бокал:
– Накануне ваших именин мне хотелось бы пожелать вам крепкого здоровья и нового, эпического романа, где будут и полководцы, и простые бойцы этой страшной войны.
– Что скажете, товарищ Шолохов? Быть может, вам что-то необходимо для работы?
Шолохов не мог обещать, чтоб не обмануть Сталина. Но и отказаться не считал возможным.
– Я закончу очерк, который задумал, товарищ Сталин. И тут же начну думать о романе.
Сталин внимательно смотрел на собеседника.
– Думаю, вам всё-таки надо подлечиться, товарищ Шолохов. Есть хорошие места в Грузии.
– Что же мне там делать? – отшутился Шолохов. – Вина много! Вряд ли вытерпишь.
– Скажем врачам, чтобы вам не давали вина.
– А зачем тогда ехать? – засмеялся Шолохов. – Я уж лучше поближе к дому. Дома лучше работается.
– Хорошо, товарищ Шолохов. Мы на вас рассчитываем.
Сталин встал. Они пожали друг другу руки.
Писателя отвезли в «Националь».
Обнадёженный этой встречей, Шолохов приехал в Николаевск:
– Семья! Слушай мою команду! Полчаса на сборы домой!
– Сталин сказал: скоро наступление. Что мы тут ютимся?
Все ликовали! Быть может, война завершится в этом 1942-м? Ну хотя бы к зиме?
Разделили семью на две части – всех разом было не так-то просто вывезти. Основной состав загрузился в предоставленный местным райкомом транспорт.