Морщилась от иглы, практически упала в обморок, когда Илдвайн засунул ей в плечо щипцы, чтобы вытащить пулю. В целом, реакции были спонтанными. Я не заподозрил игры или фальши.
— А что ты вообще делал на операции? — вопросил Роберт, нехорошо прищурившись. Шутка ли! Все успели погеройствовать рядом с Этель, один он в стороне остался.
— Я не обязан отвечать на этот вопрос, — ухмыльнулся Клодель Арчибальд, скрещивая руки на груди.
Нехорошие это слова, многообещающие. Неужели инквизитор заинтересовался малышкой Оплфорд? Иначе чего бы так Роберта-то перекосило? Сэр Аньелли почувствовал, как недобро начало покалывать сердце. Вот, что с молодыми и сильными мужчинами делает постоянный стресс. Определенно, не желал на своем веку британский лорд застать такую ситуацию. Может, ну это все? Пил бы уже через пару дней шампанское в Антверпеновской квартире.
— Мда-а, — растерянно протянул президент, задумавшись. А партия-то, как ни крути, хорошая. — знаете, уже поздно. Рассмотрим имеющиеся факты завтра, выводы также сделаем после того, как отдохнём.
— Выводы будет делать инквизиция, — категорично отозвался Клодель Арчибальд.
Сэр Аньелли лишь развел руками. Лично он на роль великого детектива и не претендовал. А что касается Этель в качестве подозреваемой, так он уже сейчас мог дать честный ответ — бред. Не может малышка, которая кутается в одеяло с очарованием котенка, убивать. А если ситуация на самом деле обстоит иначе, то впору самому сэру Аньелли уходить на покой. Пропускать в верхние ряды новобранцев, так сказать. Потому, что если милейшее создание Этель окажется во главе заговора, то британский лорд уже ничего не смыслит в современной жизни. И пора бы на пенсию. В его-то тридцать четыре.
Утро застало меня в начале одиннадцатого. Или уместнее назвать это время суток днем? В любом случае, я прекрасно себя чувствовала, выспавшись и вдоволь понежившись в кровати. Только плечо ныло, заставив с сожалением подняться и выпить обезболивающее. А там уже и окно распахнула, впуская в помещение свежий, прохладный воздух с примесью соли и легкий ветерок, который тут же начал играться со шторами.
Вместе с вечерним мраком ушел и страх. Я стояла посреди спальни, наслаждаясь падающими на меня лучами солнца. Те приятно согревали кожу, словно лаская ее. Определенно, в такую погоду хочется читать Шекспира в саду, а не сидеть в помещении.
Здраво рассудив, что раз завтрак я пропустила, то могу рассчитывать хотя бы на чашечку кофе. А еще лучше — с круассаном. Быстро приняв душ, я застряла в гардеробе, пытаясь подобрать одежду, которая бы скрыла ранение.
Как на зло, на большинстве моих вещей рукава отсутствовали.