Но разве этого достаточно для того, чтобы обвинение инквизитора так задело мое самолюбие?
— Сядьте. — холодно приказал Клодель Арчибальд, в голосе которого прорезался чистый металл. Этот звук резанул по ушам, заставив рухнуть на стул и затравленно взглянуть на инквизитора. И тот, словно почуяв мой страх, мягче добавил: — вы не доели, мисс Оплфорд. Не заставляйте Эварда беспокоиться относительно здоровья вашего юного и растущего организма.
Я выдавила слабую улыбку. Аппетита не было. А вот мысль о том, с кем я изволю завтракать панически била по ушам. Доброжелательность Клоделя Арчибальда в библиотеке, а затем неожиданная поддержка в кабинете доктора сбили с толку, заставив бдительность уснуть. Но ведь все это время рядом был не простой мужчина, а маршал ордена Инквизиции. Его глава и страх своих подопечных. А я просто забыла об этом, потому что он ввел меня в заблуждение своей, казалось, искренней улыбкой. И ведь говорила я себе, что нельзя доверять инквизиторам.
Растерянно помешивая свой капучино, я не поднимала глаз на Клоделя Арчибальда. Просто не хотелось лишний раз смотреть в холодный взор, понимая, что не было рядом чуткого мужчины, а все время был он — металлическая мечта мазахиста. И ведь я никогда не считала себя наивной. Напротив, была уверена, что провести меня не так-то уж и просто. А тут попалась. Как дура. Что-то часто я чувствую себя откровенно глупой в этой резиденции. Ужасная тенденция. За учебники засесть, что ли?
— Мисс Оплфорд, — произнес инквизитор, заставив поднять на него взгляд. — Вы не единственная в списке подозреваемых. Инквизиция рассматривает всех персон резиденции в качестве подозреваемых.
— Род Оплфорд никогда не был замечен в оппозиционных партиях, — произнесла я уверенно, игнорируя последнее замечание. — никто из представителей нашей семьи никогда не рассматривал возможность государственного переворота.
— А вы? — вопросил инквизитор, слегка наклонив голову вбок.
— Что я? — нахмурившись, переспросила я.
— Какого вы мнения относительно установившегося превосходства рода Арчибальд? — насмешливо вопросил Клодель Арчибальд. — Речь идет конкретно о вашей персоне, а не о взглядах рода Оплфорд.
— Я не возражаю против рода Арчибальд, — несколько растерянно ответила я, не ожидая вопроса о конкретно моем мнении. Обычно все прячутся за родом, не позволяя выделять себя из общего числа семьи. Есть решение рода, которое принимает глава семьи самостоятельно или путем референдума, и все представители ветви придерживаются этого мнения потому, что это — самая оптимальная позиция для всех. — правление Габриэля Арчибальда нельзя назвать черным временем для планеты.