— Пожелайте мне удачи, — произнесла я нервно, направляясь в сторону двери.
— Удачи, — тут же хором отозвались девушки и разве что не перекрестили.
Вы когда-нибудь ощущали себя безгранично счастливыми и свободными? Так, что сердце щемило, дыхание перехватывало, а с губ не исчезала безумная улыбка? А ветер безжалостно треплет волосы, сбивая их в колтун где-то на затылке, скулы уже сводит от постоянных улыбок, а все мысли отходят на задний план, уступая место одной единственной. Той, что заставляет вас любить весь мир, буквально обнимать его всего, принимать без остатка.
Я ощущала это. Сейчас, когда кабриолет марки Landcia D24 грязно-оранжевого цвета под надежным предводительством Клода несся на безумной скорости по сомнительной наружности дороге. Громко играла старая песня Фрэнка Синатры «Summer Wind», услышать которую в плейлисте Клода я совершенно не ожидала.
— The summer wind came blowin' in
And walk with me. — пел Фрэнк Синатр, заставляя меня закрыть глаза и вскинуть руки, наслаждаясь порывами ветра.
Не знаю, как так вышло, что я совершенно отпустила все переживания сегодняшнего дня. Где-то позади, в резиденции Арчибальд, осталось шоу «Подбор», а вместе с ним и мрачная персона стрелка-отравителя, заговор, шокирующий факт принадлежности Эварда к незаконной группировке, и перспектива скончаться в скоро времени. Повлиял ли на это маршал Инквизиции, со смехом в глазах глядящий на довольную жизнью меня? Определенно, здесь он сыграл не последнюю роль. Хотя бы потому, что это он уговорил меня сменить обстановку и отправиться к морю.
Изменяя своим привычкам, Клод надел белоснежную футболку поло и шорты, поэтому сейчас он был особенно похож на простого соседского парня, с которым мы решили прокатиться до моря. И напоминала о его должности только татуировка, охватывающая вязью символов запястье Клода. Но я просто не обращала на нее внимание, ведь какое она сейчас имела значение?
А вот глаза Клода, наполненные искорками жизни, легкой бесшабашности и такие хитрющие, очень привлекали мое внимание. И я вдруг осознала, что то и дело возвращаюсь взглядом к нему, при этом глупо улыбаясь. Вот что с людьми делает морской воздух, скорость и опьяняющее чувство счастья!
Когда кабриолет съехал с широкой дороги, от которой, впрочем, было одно название, мы оказались на узкой дорожке, вплотную примыкающей к песчаному берегу. Заглушив мотор, Клод обошел машину, жестом показывая мне оставаться в салоне.
Я сразу напряглась, внимательно оглядываясь. Лесная полоса граничила с золотистым песком, море омывало берег прозрачными волнами, вдалеке летала пара чаек, нещадно надрывая голосовые связки. Неужели Клод думает, что здесь может быть опасно? Мне кажется, стрелок не рискнет напасть сейчас, когда я под присмотром маршала Инквизиции.