В туманном Лондоне викторианской эпохи пересекаются судьбы механика и вора, дворянина и призрака. Среди газовых фонарей и стимпанк технологий разворачивается история о тайнах, чести и судьбе, где каждый персонаж скрывает свою правду, а истина остается скрыта в городских туманах.
Раздел Chitat.online для книги «Шпаги и шестеренки» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В туманном Лондоне викторианской эпохи пересекаются судьбы механика и вора, дворянина и призрака. Среди газовых фонарей и стимпанк технологий разворачивается история о тайнах, чести и судьбе, где каждый персонаж скрывает свою правду, а истина остается скрыта в городских туманах.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вячеслав Бакулин Легкое чтение Фантастика Стимпанк подборки серии
В туманном Лондоне викторианской эпохи пересекаются судьбы механика и вора, дворянина и призрака. Среди газовых фонарей и стимпанк технологий разворачивается история о тайнах, чести и судьбе, где каждый персонаж скрывает свою правду, а истина остается скрыта в городских туманах.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он как-то заменял Вандермеера, когда тот сам был болен, припомнил Михельке. – В Кетополис пришла инфлюэнца, или русский катар – вероятно, привезли морем из Европы, где она бушует уже месяц. Тысячи погибших, страдают даже королевские династии: австрийский императорский двор потерял уже несколько членов. Вчера вечером заболевшие русским катаром обнаружились у нас во дворце.
Мистер Джонс схватился за сердце. Михельке пока не решил, страшно ему или интересно. Он заметил за спиной доктора Мюллера темноволосого мальчика, старше себя, уже подростка, который почему-то не вышел прочь из комнаты вместе со слугами. Мальчик поймал взгляд наследника и вдруг подмигнул ему.
Михельке недовольно нахмурился и отвел глаза. Что за непочтительность, да кто это вообще? Кто ему позволил входить в покои наследника, этому мальчишке?! Тем временем Вандермеер продолжал:
– Его величеством медицинскому корпусу двора поручено остановить распространение заразы, с особенным вниманием к здоровью королевской фамилии. Мое непосредственное внимание будет направлено на самих короля и королеву, а доктор Мюллер возьмет на себя заботу о его высочестве. Прежде всего, его высочество нужно изолировать, чтобы свести к минимуму риск заражения – все занятия отменяются. Это касается также и вас, мистер Джонс: чем реже вы будете входить к нему, только по крайней необходимости, тем больше вероятность уберечь его высочество от русского катара.
– А это зачем?! – мистер Джонс указал подбородком в сторону ванны. Седой доктор, заглядывая в открытый по обычному знаку рот наследника так пристально, словно надеялся сегодня отыскать там морской клад, пояснил:
– Мы уже изучили свежие новости от коллег о самых прогрессивных методах лечения. Ваше высочество, в целях профилактики вам придется пить хину и антипирин, а также проводить свое время в кровати, укрытым одеялом. Трижды в день – теплая ванна, со сменой всякий раз белья. Выходить в другие помещения крайне нежелательно.
– Но как же мне помогать ему? – совсем растерялся гувернер. Вандермеер, считающий пульс наследника, кивнул Мюллеру.
– Ваша очень важная помощь будет снаружи этого помещения, – любезно пояснил второй лейб-медик, перехватывая инициативу у занятого осмотром коллеги. – Вам предстоит следить за тем, чтобы его высочеству вовремя приносили еду и воду для купания, сменяли постель и забирали горшок, причем все входящие сюда слуги должны действовать очень быстро и быть в повязках на лице: вероятно, русский катар распространяется через кашель. На случай, если что-то понадобится его высочеству, я оставляю с ним своего сына Макса. Макс, представься его высочеству и мистеру Джонсу!
Черноволосый мальчик вышел вперед, полупоклонился в сторону Михельке и гувернера.
