Автор
Ночное кафе напоминает пещеру, заброшенную и заполненную табурентками. Жестокая улыбка бармена лишь подчеркивает это состояние. Я стою в полутемном уголке, ощущая затаившееся напряжение в воздухе, как будто каждый столик — место спрятанного шпионажа.
"
"— Ловчи, для того ты к ней приставлен, — сухо отвечает генерал а затем, помедлив, добавляет, — как она?
Да лучше всех!
Посапывает в номере, носом к стенке, жопку свою аппетитную выставила, а кожа на бедрах вся в отметинах моих, гладкая такая, залипательная… Хочется провести губами… А потом развернуть на спину — и между ножек нырнуть… Ай… Черт…
Поправляю штаны, скалюсь непроизвольно.
Тупая реакция, бесит даже!
— Нормально, — коротко рапортую, — немного испугана была, но теперь я ее успокоил.
Не будем рассказывать, каким образом…
— Данные на фигурантов получил, еще день посидите в той дыре, а потом можете двигаться дальше. Вас искать не будут.
А вот за это прям спасибо-расспасибо, генерал! Мне, честно говоря, вообще не улыбалось тащиться по городам и весям с приметной малышкой на плечах, рожица которой на каждом столбе висит.
Савин принял меры быстро, и, судя по скучному голосу, развлекся… Жаль мне и мажорчика, и папку его, кем бы он ни был.
Потом поинтересоваться, что ли, ради смеха, судьбами всех задействованных и сданных мною лиц? На могилки, там, сходить…
В любом случае, теперь я могу, не особо скрываясь, ехать через полстраны на автобусах. Нормальный способ передвижения. Все не автостоп.
— Понял.
— Что ты понял, щенок? — неожиданно голос Савина перестает быть скучным, и мне эти перемены вообще не нравятся, потому как есть ощущение, что все это время мой командир сильно сдерживал свои порывы.
— Понял.
Генерал отрубает связь, не прощаясь, а я сжимаю телефон в руках и пару минут делаю серьезные дыхательные упражнения, нацеленные на то, чтоб успокоиться.
Следы ему…
Гад какой! Сам отпустил дочь фиг знает с кем, фиг знает, куда, а теперь мне будет про следы рассказывать!
Кстати, следы-то сто процентов будут. Черт…
Мимо проходит горничная, кидает взгляд на мою голую грудь, хихикает кокетливо, и только тут я вспоминаю, что выперся в коридор без майки.
