Автор
Уютный Новосибирск, 2 января. Мама восхищенно наблюдает, как девочка съедает целую ложку рагу, забыв о своих угрозах. Затем мама похвалила Светочку за труды и продолжила следить за ее едой, а мысли маминого сердца разбегались по бескрайним просторам праздничного стола и тихим уютом дома....
Замечая мое состояние и ярость в глазах, он злорадно улыбнулся и проговорил:
– Нас устроят любые выплаты, но процент повышается, чтобы напомнить, что мы тоже люди и хотим получить свое обратно.
– Даже не сомневаюсь, – процедила.
Мужчина улыбнулся и, достав бумажку из кармана, кинул на стол, очевидно, опасаясь подходить ближе, а потом проговорил:
– Что же, тогда не буду беспокоить. Вот моя карточка. Позвоните, если пожелаете узнать, куда и как переводить нужные суммы, хотя я советую отдать полную стоимость кредита сразу.
Ничего не ответила, сдержав в себе порыв швырнуть ему визитку в морду, перед этим расцарапав ее.
Тимофей Петрович оскалился и пошел к двери. Открыв ее, повернулся ко мне и проговорил:
– Очень-очень рад познакомиться с такой шикарной женщиной. Конечно, был бы рад пригласить даму на обед, но вижу, что пока не стоит. Но если все же передумаете, всегда рад.
– Не заинтересована, – гневно произнесла, убивая взглядом.
– Как жаль, – самодовольно выдал он, ухмыляясь крысиной улыбкой, и вышел из помещения.
Поднялась и быстрым шагом подошла к двери, чтобы закрыть на замок. Справившись, молча направилась к своему столу и села, наблюдая, как сильно дрожат руки.
Это же надо…
Прикрыла веки и на секунду замерла, пытаясь осознать, как подло, по-свински со мной обошлась моя семья. Твари. Других слов нет. Мерзкие, подлые сволочи.
Если даже наплевать на весь этот дурдом, считая, что меня это не касается, все равно они придут, так как увидели во мне идеальную корову, которую можно доить.
Открыла глаза и прислонила руки ко рту, выдыхая горячий воздух в ладони. Что же делать? Что? Я и так в долгах…
Переместила руки на голову и через мгновение принялась тереть вески, успокаиваясь и обдумывая варианты. Но ничего в голову не лезло.
«Черт возьми, я же не железная!»
Мгновенно набрала номер директора и услышала:
– Да, Валерия Александровна?
– Геннадий Петрович, мне нужно отойти. Не вернусь уже.
– Да? Ладно. Хорошо, – услышала в ответ, понимая, что директор чем-то усердно занят и не слышит важного.
– Всего доброго. И не забудьте подписать документы.
– Да, да, конечно, – поспешно сказал он и отключился.
Положила трубку и, полностью одевшись, мгновенно вышла из кабинета, не забыв закрыть. Не прощаясь, вышла на улицу, чувствуя, что меня трясет."
"Успокаивала себя, но успехов не было. Только еще больше бесилась. Телефон пикал, предупреждая, что зарядное вот-вот накроется, и сотовый вырубится.
