Автор
Уютный Новосибирск, 2 января. Мама восхищенно наблюдает, как девочка съедает целую ложку рагу, забыв о своих угрозах. Затем мама похвалила Светочку за труды и продолжила следить за ее едой, а мысли маминого сердца разбегались по бескрайним просторам праздничного стола и тихим уютом дома....
– Это хорошо, – сказала она, а потом вдруг задумчиво произнесла: – Знаешь, о чем я подумала?
Нахмурилась, наблюдая, как Маргарита хмурится, при этом с силой сжимая губы. Присела на маленький стульчик, и попросила:
– Скажи.
– Я вот думаю, почему отец столько лет скрывался оттого, кто его желал уничтожить, а потом вернулся в родной город, в полной уверенности, что нам не грозит опасность.
– Почему ты решила, что он так считал? Андрей сказал, что перед тем… – замолчала, не желая ей напоминать.
Она посмотрела в сторону и тихо проговорила:
– Я… знаю. Он мне рассказывал неоднократно, когда просила… Только я была… не в том состоянии, чтобы слушать и понимать…
– И почему сейчас у тебя появилась такая мысль? – вновь спросила у нее.
– Понимаешь, я случайно подслушала разговор родителей, но толком ничего не поняла. Обрывки фраз, порой непонятные, а где и вообще странные, но смысл был такой, что теперь не стоит переживать и прятаться.
– Значит, отец так сказал матери? – уточнила.
– Нет, это мама сказала отцу, что теперь можно жить. Ее слова: «Он больше не будет пытаться уничтожить нас». Я стояла у входа, хотела позвать их, чтобы посмотреть, как красиво у меня зацвела калатея Варшевича. Такой невероятный цветок темно-фиолетового цвета, поражающий своей красотой. Они стояли рядом, не замечая меня.
– Странно, ты уверенна, что именно так сказала твоя мама?
– Да! Она еще сжала его руки и проговорила, что с таким козырем, какой папа достал, ОН не посмеет и сунуться.
– А еще что-то было? Имена или какие-либо упоминания?
– Нет вроде. Я тогда была очень рада, что наши переезды закончились, и не стала дальше слушать, – проговорила она, а потом добавила: – Или было… Не знаю. Постой… Да, точно, было. Я еще подумала про себя, что они очень странно называют того, кто преследовал нас.
– Король? – пришло в голову.
– Да, или… Я толком не помню. Частично. Но знаю что...
– А может…
Договорить мысль не получилась, так как девушка воскликнула:
– Королек! Я вспомнила! Мама назвала заказчика Корольком!
Глава 28
– Ты говорила об этом Андрею? – выдохнула я, считая это очень важной информацией.
– Нет, я… не знаю. Пока ты не спросила, даже не вспоминала об этом, а сейчас в памяти всплыло.
