Автор
Уютный Новосибирск, 2 января. Мама восхищенно наблюдает, как девочка съедает целую ложку рагу, забыв о своих угрозах. Затем мама похвалила Светочку за труды и продолжила следить за ее едой, а мысли маминого сердца разбегались по бескрайним просторам праздничного стола и тихим уютом дома....
Выставила руки вперед, отталкивая, но это было бесполезно. Вздохнула и недовольно заметила:
– Попрошу держать дистанцию
– Если только на машине, дамочка, – усмехнулся он, не двигаясь с места, отчего казался огромной непробиваемой стеной. – А насчет тебя у меня планы. Хочу тебя трахнуть. Грубо, сильно, чтобы не могла сопротивляться, только стонать, раздвигая ноги.
«Это новая версия ухаживания за женщиной?! А дубинку где потерял?! Бык…»
– Не интересно. Совсем. Так что прошу без ненужных похабных комментариев в мой адрес, – с очаровательной улыбкой выдала в ответ, и сразу же подняла бумажку вверх, дергая в разные стороны, предолгая вернуться к важному вопросу, а не его интимным проблемам.
– Привыкла к хлюпикам в галстуках? Чтобы уговаривали с цветочками в руках? – едко предположил он."
"Да уж, ему до галстуков, как пешком до Китая. Одет мужчина был в черный свитер и джинсы. Цвет один и не стоит повторяться в уточнениях. Думаю, он даже не в курсе, что на работу ходят в костюмах, рубашках, пиджаках и туфлях.
А может все дело в яростном взгляде хищника? Он же не смотрит, а сканирует, что пугает при его комплекции.
Ядовито улыбнулась и парировала
– Конечно! А ты, как я понимаю, – к телкам в коротеньких юбочках, падающих тебе на колени, как только ты подумаешь об этом?
– Думаю, тебе подойдет юбка. Задирать будет легче, – серьезно заявил он, пожирая меня взглядом, и внезапно его огромная рука оказалась на моем бедре, нагло шествуя вверх.
Сдержала порыв рявкнуть и оттолкнуть, и как можно спокойнее процедила:
– Повторюсь, не интересует. Не заинтригована и не впечатлена.
Рука его замерла, и я даже почувствовала, как он с силой сжал мое бедро. Варвар! Но с таким нельзя показывать слабость, поэтому стояла статуей, убивая его взглядом.
Шторм грозно, даже с дикостью смотрел мне в глаза, а потом убрал руку и заявил:
– Действительно, баб много.
Стало неприятно, несмотря на то, что мне безразлично на него, но все же… Женская гордость находилась на отметке невозможного возмущения.
– Конечно. Удачи, – поддержала, страстно желая заехать ему по морде. Но нет… много чести. И наверняка он этого и добивается.
Посмотрел на меня как на неведомую зверюшку и, хмыкнув, выдал:
– Что же, тогда пойдем на станцию, смотреть твою машину.
