Оглушило взрывом их гранаты. А потом он не смог…
И этот выстрел. Это хохлы могли сымитировать. Ввести в заблуждение. А на самом деле они его забрали, он сейчас в плену.
Поэтому он не предатель, это вы его все предали.
Вы не помогли. Вы допустили, чтобы его взяли в плен. А потом навесили на него ярлык, оклеветали».
Она снова бросила трубку.
«Хорошо, — думал я. — Пусть будет так. Пусть так будет у вас. Если вам так легче, пусть будет так. Ему уже всё равно. Его тело никогда не будет найдено. Как тело Барса. Как тело Юры. Как тела двух моих товарищей, погибших в лесополке между Работином и Н-кой».
Поэтому пусть будет так. Я всего лишь хотел рассказать то, что знал.
Потому что я один взял на себя труд общения с этой девушкой. Никто не захотел.
И мистер Фьюжн тоже.
В том бою один из наших попал в плен. Мы также посчитали его двухсотым. Хохлы неохотно берут в плен «Шторм Z». Мы не представляем особой ценности как обменный фонд. Как правило, нас сразу же выводят в расход. Минобороны РФ не особо горит желанием менять пленных хохлов на зэков, когда есть возможность поменять их на обычных солдат. Случаи обмена есть, конечно.
Раньше я думал, что их в принципе нет, да и в учебке нам говорили:
— В плен и не думайте сдаваться, вас никто вытаскивать не будет.
Но знающие люди рассказали, что всё-таки иногда меняют.
Но положа руку на сердце, что бы я сам сделал на месте Минобороны, имея выбор? Поменять Тарасика на расписного Ваську Черепа из колонии строго режима, ст. 105, или на мобика Женю, айтишника из Волгограда, женат, двое детей?
Вопрос риторический, мне кажется.
Поэтому и того бойца мы тоже посчитали допрошенным и убитым.
Но через месяц он выплыл на Ютубе.
В пропагандистском ролике с той стороны наш боец рассказывал, как его принуждали в колонии к отправке на войну, как его с колёс бросили в бой с одним автоматом на четверых, называл Путина плохими словами, призывал зэков бросать оружие и возвращаться на зоны.
Никто из нас, кто смотрел этот ролик, не осудил его.
Все понимали, как этот ролик был снят.
Единственное, что мы выразили, так это надежду, что, раз ролик снят, видимо, в лагере для военнопленных, то его, скорее всего, уже не убьют просто так, бессудно, как могли бы убить на передке.
Никто не осудил и брата той девушки.