Это я лучше многих знаю и понимаю, поэтому я не готов сказать, как он там оказался.
Но он оказался и разулся на мине. И, понимая, что сейчас его будут разбирать, экипаж покинул машину. И у них не было вариантов, кроме как укрыться в этом же окопе, где сидела группа мистера Фьюжна.
Втроём они заскочили в окоп. Без брони, без оружия. У командира был пистолет, но он его потерял.
Таким образом, у мистера Фьюжна, засевшего во вражеском окопе с группой, стремительно тающей на глазах, появился ещё и балласт.
И этот балласт надо было выводить, если что, а в период артобстрела прятать в «лисьих норах» и закрывать собой, потому что брони, повторюсь, у них нет.
Появление танкистов оживило хохлов.
Они продвинулись поближе, и началось:
— Эй, зэки, танкистов отдайте!
Никто никаких танкистов отдавать не собирался, но, не веря в это, не веря зэкам, танкисты на глазах моих товарищей начали бить телефоны за сто тысяч рублей и сжигать документы.
Командир сказал только:
— Пацаны, если что, в затылок нас, незаметно, чтобы мы не поняли.
А мистер Фьюжн между тем обдумывал план выхода группы. «Азарт» предательски молчал, и я не скажу сейчас, то ли сдохла батарея, то ли там какая-то жопа была с покрытием.
Мистер Фьюжн был без связи, мистер Фьюжн потерял уже двоих человек, мистер Фьюжн был обременён балластом, представляющим живой интерес для противника, мистер Фьюжн был в полной, мать её, жопе.
Но у него были карты на телефоне, и он идеально знал окружающую его местность.
И он не потерял присутствия духа, этот бывший сотрудник Росгвардии, не сдавший экзамен на краповый берет, по совместительству жулик и мошенник, набравший ещё в учебке долгов тысяч на двести у всех, у кого хоть что-то смог вытянуть.
На тот момент он лично мне должен был двадцать пять тысяч рублей, значит, его время умирать совсем не пришло. Он обязан был придумать что-то. И он придумал.
И когда стемнело, мистер Фьюжн начал действовать…
Сначала их пришло двое. Глубокой ночью, часа в два.
В шоковом состоянии, пустые глаза, бессвязный рассказ.
— Юра двести, — первое, что ошарашило и обожгло меня.
Я тогда был в их доме и поэтому самый первый их встретил.
Из их путаных слов я понял только то, что произошло нечто ужасное. Группа уничтожена, операция провалилась. Кто и где находится сейчас — непонятно.
— А где мистер Фьюжн? — спросил я.
Двадцать пять тысяч стучали в моё сердце, как пепел Клааса.
Пришёл, нет, прибежал мистер Басмач. Сосредоточенный. Подтянутый. Серьёзный.