История танкиста, пережившего боевой путь с 1941 года и ставшего единственным выжившим из батальона. Во время сталинградской битвы осенью 1942 года он оказывается втянут в конфликт со строгим военным приказом, столкнувшись с выбором между воинским долгом и человеческой честью.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Штрафник из танковой роты» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
Младший лейтенант, в валенках и засаленной телогрейке, сдвинул шлем на затылок и побежал через дорогу. Он сильно пригибался, даже один раз упал, но немецких пулеметов поблизости не оказалось. Мы с облегчением проводили глазами нырнувшего в кусты младшего лейтенанта. Сегодня он чудом избежал смерти от снаряда, а если бы немцы пулеметчиков в засаде оставили? Но, видимо, все они поторопились убраться подальше, под защиту своих дальнобойных зениток
Четыре сгоревших танка за считанные минуты. Мы курили, вполголоса переговариваясь. Грошев, подавленный, измерял уровень масла.
— Гонит сильно, — пробормотал он.
— Долей, — огрызнулся я. — Проверь соединения в маслопроводе и не вздумай в поломки играть. Сам видишь, что творится.
— Вижу, не слепой. Если у них такие пушки сильные, чего на рожон переть? Артподготовка нужна.
— Еропланы, бомбы, — скривил ему рожу Войтик — Ты же все равно за нашими спинами прячешься.
— У вас броня толще.
— Говорливый у тебя подчиненный, — сказал Князьков. — Пусть машиной занимается, а не языком треплет."
"Грошев, недовольно бурча, полез в люк, а мы все глядели на горевшие танки. Они стояли почти правильной цепочкой, метрах в семидесяти друг от друга. На дороге показались две отставшие немецкие упряжки с гаубицами. Видимо, они пытались догнать своих. По ним открыли огонь. Размолотили обе. Несколько крупных лошадей-першеронов неслись по снегу, волоча обрывки упряжи. Но зенитки молчали. Ждали, пока мы вылезем на дорогу. Снова заработала рация. Князьков отвечал: «Есть!» — и что-то уточнял. Потом выбрался из танка, рассеянно глянул на меня и стал объяснять командирам взводов, где находятся немецкие орудия.
— БТ пойдут впереди, — неожиданно закончил он разъяснение предстоящего боя. — От вас шума меньше, двигайтесь на малом газу. Понял, Голик?
Наш взводный кивнул.
— А мы — следом. Идите под прикрытием деревьев. Как увидишь пушки, посылай связного. Сам в драку не лезь.
В эти минуты я понял, что это мой последний бой. Есть у человека предчувствие. Потом я вспомнил, что такое предчувствие испытывал и раньше. Оно не сбылось. Но когда это было? Я подошел к Войтику, который курил, сидя за рычагами.
— Ваня, если что, фамилию, имя знаешь. Красноармейский район Сталинграда. Напишешь в райвоенкомат, а там мой адрес найдут. Я ведь медальон выбросил.
— Брось, Леха, — начал было Иван, но я, отмахнувшись, пошел к своему танку.
Предчувствие сбылось лишь частично.
