О боевых операциях советских штрафных батальонов в годы Великой Отечественной войны. Автор раскрывает судьбы бойцов, принужденных искупать вину кровью в самых опасных боевых заданиях, и их противостояние с немецким спецназом.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Штрафники против гитлеровского спецназа. Операция «Черный туман»»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
О боевых операциях советских штрафных батальонов в годы Великой Отечественной войны. Автор раскрывает судьбы бойцов, принужденных искупать вину кровью в самых опасных боевых заданиях, и их противостояние с немецким спецназом.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
О боевых операциях советских штрафных батальонов в годы Великой Отечественной войны. Автор раскрывает судьбы бойцов, принужденных искупать вину кровью в самых опасных боевых заданиях, и их противостояние с немецким спецназом.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вечно разыгрывает дешевый спектакль вместо того, чтобы честно признаться, что мечтает стать фельдфебелем. Или хотя бы штабс-ефрейтором. Мит, ну что ты там возишься, старина, – позвал он третьего номера, – давай сюда пулемет. А то он своими копытами сорок шестого размера приведет его в негодность. Угол стрельбы пускай устанавливает сам. В конце концов это его обязанность. – И, посмотрев по сторонам, сказал: – А почему у нас так мало патронов?
К Schpandeu была присоединена округлая, чем-то похожая на мини-противогаз, коробка с патронами. В ней вмещалась короткая, в пятьдесят патронов, лента. Еще две коробки лежали в ранце у Мита. Райгер знал об этих боеприпасах. Но в его мозгу сейчас, видимо, копошилось другое. Бальк и сам с беспокойством смотрел в бинокль за болото, в моросящую дождем даль, обрамленную черной грядой леса и узкой грязно-зеленой полосой берега, откуда совсем недавно ушла вода. Разлив терял очертания и характер стихии, и это произошло в одну из ночей, когда бывший крестьянин, житель небольшой деревушки, что под Ганновером, Генрих Дальке вернулся из очередного дозора и сообщил, что вода больше не прибывает, что колышек, воткнутый в песчаный берег сутки назад, не залило. А вначале казалось, что вода будет прибывать вечно и в конце концов поглотит их вместе с землянкой, с НП, лесными тропами, проложенными вдоль болота, и даже хутором, где жили местные. Все думали, что ужас России, кроме атак иванов, – это снега и мороз, да еще дороги, больше похожие не на дороги, а на широкие, иногда до пятидесяти метров, вытоптанные в сплошной грязи тропы. Но ужасом оказалась и весенняя вода, холодная, как арктическое море. Две недели назад разлив начал отступать, угроза того, что Россия поглотит их без артподготовок и танковых атак, исчезла. Но участки суши, освободившейся от паводковых вод, тут же начали занимать иваны. Вначале появлялись их дозоры и одиночные снайперы. Потом стрелковые подразделения численностью от взвода до роты. Подобное происходило и теперь. С поразительной быстротой они отрывали на узкой полоске сухой земли по опушке свои окопы. Еще сутки назад вернувшиеся с болот наблюдатели ни о каких земляных работах на той стороне болот не докладывали.
Бальк всегда смотрел на перепалку между своими подчиненными как бы со стороны. Он знал, что все его солдаты – отличные мужики и надежные товарищи. Даже Мита он не делал исключением. Что их грызня дальше драки не зайдет. А драка будет прекращена сразу. Знал и причину ненависти Дальке к офицерам.
Старик Фитц в их роту больше не вернулся. Говорят, он стал инвалидом. Кто-то из роты видел его в санитарном поезде с ампутированной ногой. Другие говорили, что на полевой лазарет налетели русские штурмовики, и гауптман Фитц во время бомбежки лишился обеих рук.
