Автор
Буквально через полчаса после окончания обхода позиций, мы с боецом «Малой» остановились вдоль входной двери засекаемого дома. Даже при его внушительном размере дом вынесло взрывом на середину улицы. С этого места открывался вид на весь район: и двор, и часть улицы за домом, где начинался ближайший соседний плац....
Хотел пристрелять и в деле его опробовать — так он все его норовит в штурмовики отправить. Что тогда ночью, что сейчас. Я его в Зайцево отправил, чтобы он к тебе попросился. Чувствую я, не сработаемся мы с нашим другом точно. Сам понимаешь…
— Да, я с удовольствием и тебя, и его, к себе заберу. Если скажут.
Когда я пришел в Зайцево, командир дал мне пополнение и поставил меня в известность, что «Макс» проситься ко мне в отделение.
— Говорит, «Антиген» — трус, и он не хочет быть с командиром, который ссыт в бутылочку, срет в коробочку и ни разу с бойцами не вышел ни на одну эвакуацию.
— Как вариант.
— А что с «Антигеном» делать? Ему же нельзя группу доверить. Положит всех, спасая свою жопу!
— Может дать ему участок для реабилитации? — предложил я.
— Хорошая идея, — сказал командир и, повернувшись к «Птице», спросил: — Как думаешь?
— Хорошая… — подтвердил «Птица», глядя на меня.
Командир взял рацию и приказал передать «Антигену», когда он проснется, что ему нужно собрать свои манатки и выдвинуться на передок на позицию, которую ему покажет «Констебль».
Мне нравился наш командир и структура ЧВК «Вагнер» тем, что благодаря обратной связи рядовых бойцов командир, который не справлялся со своими задачами, легко смещался со своей должности без какой-либо волокиты.
Из некоторых такая возможность делала героев. С этого момента мы стали взаимодействовать по вопросам доставки БК и эвакуации с «Басом».
— А что с «Форелью»?
— С какой форелью? — посмотрел на меня командир удивленно.
— Туалетная бумага и влажные салфетки.
— Сделаем, — ответил командир и приказал выдать необходимое.
Воду на передке мы использовали только для питья. Вода — это тяжелая ноша, которую, как и все остальное, группы эвакуации приносили на собственном горбу. В окопах было необходимо хоть как-то поддерживать гигиену, и влажные салфетки были единственным способом обтирать лицо, руки и ноги.
