В морской тиши, когда сон крадется на мгновенье между веками, экипаж «Титаника» скользит в омут тревоги. Каждый матрос знает свой уголок безопасности под грозой и дождем, пока не волна всплескает над кормом. Потом вздохнув, они снова напрягаются, готовясь захватить новую волну знаменитого крейсера....
Участвовал в многочисленных баталиях, трижды тонул, но каждый раз возвращался домой. Странно, что до сих пор Сигбрас не переведен на один из флагманов какого-нибудь вымпела. Ведь это гарантированная хлебная должность. Многие хотят служить там, где есть возможность быть постоянно на виду адмирала. Правда, поговаривают злые языки, дескать, Сигбраса намеренно не переводят, потому как он не нашел общего языка со старшими офицерами из Адмиралтейства.
— Никак нет, господин пилот-штурман! — вытянулся Клэд, резко развернувшись.
— Правильно, господин мичман, — улыбаясь в усы, произнес Сигбрас, пристраиваясь рядом. Заложив руки за спину, он тоже стал обозревать ночной рейд. — Нельзя спать. Дело чрезвычайной важности. Даже не заполнив трюмы, мы уже привлекаем внимание имперского флота Сиверии и чертовых пиратов. Больше скажу, весь порт кишит ими. Так и стараются выяснить численный состав эскадры или точное время возвращения с Эмитеза. Уже, кстати, парочку таких шустрых ребят поймали.
— Да что вы говорите! — удивился Клэд, разворачиваясь к собеседнику. — Поэтому нам запретили сход на берег?
— Как вы думаете, мичман… За офицерами не будут охотиться агенты Сиверии или пиратские послухи? Обязательно будут. Поэтому для безопасности и соблюдения секретности все увольнения до отхода эскадры запрещены.
— А что с теми шпионами?
— Вероятно, давно болтают языками, повисев на дыбе, — пожал плечами штурман. — Когда кости из суставов выламывают, героем быть трудно.
Офицеры замолчали, вслушиваясь в плеск бьющихся о борта волн.
— Вы давно, мичман, были в Скайдре? Насколько я знаю, вы оттуда родом.
— Да, господин штурман. Родился там, пока не решил связать свою судьбу с флотом.
— Ваша семья входит в клан Толессо?
— Вы чрезвычайно осведомлены, господин штурман, — как бы не был симпатичен Сигбрас Клэду, но молодой парень насторожился. Чего это вдруг бывалый моряк стал расспрашивать о его родовой принадлежности?
Пилот-штурман рассмеялся, видя, как мичман сделал незаметный шаг в сторону.
"— Расслабьтесь, юноша. Я хорошо знаю старика Толессо. Был знаком с его семьей. Вам известна история исчезновения младшего сына Эррандо со своей семьей? Говорят, на яхту напали пираты и перебили всех, кто там находился.
— Да, эта история переходит из уст в уста в нашей семье, — сухо ответил мичман, не желая распространяться о том, насколько яростно родственники мечтают, чтобы никто из последних Толессо не оказался жив.
