В сумраке вечерней прохлады держались за берег. Ночная мгла окутывала прибрежную зону коралловых рифов метрах в двести от меня. Я шагнул на дно, по которому скользил каскадом водопада, удивленно осматриваясь в тенях. Неровное дно оставляло зыбь и шум под ногами.
Мой же таран стоит напротив длинной куртины высотой метров восемь и толщиной метра четыре. Она сравнительно новая, поэтому защитников на ней меньше, чем на других и особенно возле ворот, которых в городе Кише семеро.
— Готово, — докладывает старший плотник.
— Идите отдыхайте, — отпускаю я мастеров и приказываю отобранным солдатам: — Двигайте его к стене. — Затем поворачиваюсь к сигнальщику с красным флагом: — Маши!
Сигнальщик начинает размахивать флагом, давая знать другим командирам, что пора вести своих солдат на штурм города.
Натужно заскрипев сплошными колесами, таран неохотно сдвинулся с места и, слегка покачиваясь право-влево, медленно покатился к городской стене. Следом за толкающими и щитоносцами шагают лучники и пращники. С ними иду и я. Один из солдат несет мой щит и запасные колчаны со стрелами. Отставая метров на двадцать, идут копейщики, которым придется в случае успеха забираться в город по обломкам стены
На куртине между зубцами стоят десятка три вражеских солдат.
— Медленнее! — громко кричу я, но из-за скрипа колес меня не слышат.
Таран все равно замедляется, потому что добрался до засыпанного участка рва.
