Историческое повествование о жизни и деяниях шумерского правителя в эпоху расцвета древней цивилизации Месопотамии. Роман погружает читателя в мир развитой культуры третьего тысячелетия до нашей эры, где политическая интрига и борьба за власть переплетаются с научными открытиями и...
После полудня, когда мы грузили трофеи, в лагерь приехали на ослах парламентеры от горцев, всё те же три старика.
— Нас прислали сказать, что мы принимаем твои условия, — объявил старик с изуродованным плечом.
— Вы отказались от тех условий, — напомнил я. — С тех пор много чего изменилось. Теперь никто вам не поможет, когда я вернусь в горы и уничтожу все ваши поселения."
"— Нас сбил с толку Кутик, правитель Шушана. Пригрозил походом, если подчинимся тебе, и пообещал защиту, — признался старик.
— Теперь я буду вашей защитой, а вы — моими подданными, платящими ежегодную дань камнями и бревнами дуба, тиса и сосны. Это кроме камней, которые будете возить бесплатно, пока не построю новые городские стены. И заплатите по три барана или козы каждому воину, шесть — десятнику, девять — старшему командиру и три сотни мне, — перечислил я новые условия.
— Это будет непосильная ноша для нас, — возразил парламентер.
— Так надо был соглашаться на первые условия, — сказал я и предупредил: — Больше переговоров не будет. Или принимаете мои условия, или на ваших землях будут жить другие, более сговорчивые.
— У нас осталось слишком мало скота. Если отдать тебе, что требуешь, мы умрем от голода, — объяснил старик. — Нельзя ли отложить выплату на следующий год?
— Можно, — согласился я, потому что мне пришла в голову интересная мысль. — И еще можно присоединиться к моей армии в походе на Шушан всем, кто преследовал нас в горах. Если будут служить верно и смело, то вам не придется отдавать баранов вообще. Они станут как бы вашей долей добычи.
До этого разговора я не собирался в поход на Шушан. Как мне сказали, по размеру он не уступает Лагашу, так что с моей малочисленной армией там нечего было делать. За родные дома и под защитой крепостных стен шушанцы будут сражаться до последнего. Если же я приду с горцами, шансов на захват города будет не намного больше, но зато разорим окрестности, нанесем ущерб вражеской экономике, чтобы им больше в голову не приходило воевать с нами. И самое важное — рассорим горожан с горцами. После нашего совместного нападения жители Шушана еще много лет будут считать их кровными врагами. Мало того, что горцы не поддержали, как обещали, во время сражения, так еще и объединились с лагашцами и напали на своих союзников. Такое не прощают и помнят очень долго.
— Если наши воины пойдут с тобой на Шушан, нам не придется отдавать тебе баранов и коз? — переспросил парламентер.
— Да, — подтвердил я. — Мы там захватим добычу, поделим ее на всех.
