В сумраке вечерней прохлады держались за берег. Ночная мгла окутывала прибрежную зону коралловых рифов метрах в двести от меня. Я шагнул на дно, по которому скользил каскадом водопада, удивленно осматриваясь в тенях. Неровное дно оставляло зыбь и шум под ногами.
Я отдарил двумя бусами из сердолика, одни племяннику, другие дяде, каждые из которых стоили, как три пары гепардов. Затем поинтересовались для приличия, как поживают члены семей, хотя эта информация известна всем, благодаря светской хронике — сплетням, которые, несмотря на все наказания, распространяют слуги и рабы венценосных домов. По крайней мере, я знал о каждом чихе и внутренних разборках в семьях всех правителей Калама. После чего Игмиль перешел к делу.
— Мы не забыли свое обещание, подождали, когда повзрослеет твоя дочь, и прибыли к тебе от имени нашего энси Энтена с предложением свершить то, о чем было договорено — выдать твою дочь замуж за него.
О том, что я аж нисколько не расстроился бы, забудь они свое обещание, промолчу. Мне, несмотря на постоянные уведомления эшнуннцев всех и вся о том, что брак Энтена и Лидды неизбежен, как весеннее половодье, поступило несколько предложений от других энси.
"— Я рад, что вы не забыли о нашем уговоре, и не против брака, если моей дочери будут оказаны полагающиеся ей почести. Ее мать Иннашагга является верховной жрицей главного храма нашего города, и Лидда тоже получила надлежащее образование и навыки для выполнения такой роли. Я хотел бы, чтобы после вступления в брак она стала верховной жрицей храма бога Тишпака, — выдвинул я условие.
Фишка была в том, что сейчас это место занимала жена Игмиля. Его это не расстроило. Наверное, помнил мой совет передать этот пост жене племянника и был готов к этому. Как догадываюсь, его сейчас больше интересовала сумма калыма. Насмотревшись на мое богатство, прикидывает, хватит ли у них средств, чтобы заплатить за невесту.
— Мы не против, — быстро соглашается он.
